Гюльфем и Ферхат

Армандо, наконец, получил от Карла V послание с приказом о немедленном устранении хасеки падишаха, поскольку провалы всех своих операций связывал именно с этой умной и хитрой женщиной. В виде подкрепления монарх обещал первым же рейсом из Европы отправить девушку, которую требовал внедрить в гарем султана. Прочитав письмо, Армандо пренебрежительно скомкал его и отбросил в сторону. Содержащаяся в послании задача была абсолютно стандартной без намёка на свежую мысль. Это вызывало у него внутреннее раздражение и даже негодование...

Ближе к полуночи плотные облака заволокли небо, и на улице окончательно стемнело. У ворот дома управляющего райей остановилась двуколка, из неё вышел солидный господин с саквояжем и, сопровождаемый стражником, торопливо направился к центральному входу. Это был главный доктор Килии Умут-Эфенди. Женщины и дети уже спали, а Вахид, Барбаросса и Муса сидели в гостиной и мирно беседовали. - Вахид, как сейчас ведёт себя Петр Рареш? Границы твоей губернии совсем близко к его владениям, – заинтересованно спросил Барбаросса...

Бернардо поднял дочь на руки и стал пробираться по краю табора к лошади. Маленькая рука девочки доверчиво обнимала его шею, а лёгкое дыхание обдувало ухо, придавая сил и уверенности. Он чмокнул дочь в шёлковую щёчку и прибавил шаги, которые уносили его не только от шумной толпы цыган, но также и в новое прекрасное будущее. Занятый жизнерадостными мыслями, он не видел, что в это время за ним наблюдают полные злости и обиды глаза Донки. Сейчас, когда каждый миг был заполнен дочерью, и важнее всего...

В просторной комнате, куда Вахид пригласил своих уважаемых гостей, царило ощущение безопасности и спокойствия. Каждый уголок создавал впечатление домашнего очага. Окна, выходящие на улицу, пропускали мягкий свет, который сказочными тенями танцевал на стенах. Воздух был наполнен ароматами свежей выпечки и душистого чая, которые только усиливали ощущение тепла и уюта. Отсутствие лишней мебели давало простор и свободу. Расположенные вдоль двух стен диваны были застелены мягкими тканями пастельных тонов и такими подушками, приглашающими к отдыху...

Ранним утром трое мужчин, похожих на торговцев, с большими кожаными сумками, перекинутыми через плечо, подошли к воротам особняка Хайреддина-паши. - Эй, уважаемый, доложи своему господину, что мы прибыли с острова Джерба и привезли то, о чём он просил, - обратился один из них к стражнику. - Поторопись, если не хочешь навлечь на себя гнев адмирала, - строго добавил он, заметив, что тот не торопится откликаться на просьбу торговцев. Охранник вмиг оживился и, чеканя шаг, пошёл по тропинке к входным дверям дворца...

Бернардо отказывался говорить, и Барбаросса впал в ярость. - Говори сейчас же, или я подвергну тебя пы_ткам, пока ты не раскроешь всё! Где ты видел брата Хионы? Даю тебе последний шанс! - с распирающей его злостью скрежетал зубами адмирал, сжимая кулаки. Однако это не испугало Бернардо. Он нагло ухмыльнулся и произнёс: - В таком случае, вы ничего не узнаете. Мне всё равно не жить, так зачем же я буду раскрывать тайну? А пы_ток я не боюсь. У меня низкий бо_левой порог, я могу ум_ереть даже при виде Вашего кулака, господин адмирал...