Сказки старого вождя

фантазия в стиле сказок народа апачей На закате, когда тени становятся длинными, а ветер затихает, чтобы не спугнуть духов, в сердце пустыни Чиуауа лежал череп. Это был не просто череп. Это был череп древнего коня, священного скакуна, чья плоть давно ушла к койотам, а дух застрял между мирами. Глазницы его смотрели на запад, в страну мертвых, и в них поселилась тишина, густая, как утренний туман над Большим Каньоном. Но вот к черепу прибежала Мышь. Она была маленькой, серой, с глазами-бусинками, полными любопытства...

фантазия в стиле сказок народа апачей В те времена, когда скалы еще помнили шаги Первого Человека, а ветер умел шептать имена духов, жила у подножия Сломанного Пика Серый Козел. Не было у него врагов, кроме голода, и не было богатства, кроме трех дочерей. Их мать, Белая Коза, ушла в страну теней, когда листья на кленах стали красными, и с тех пор Серый Козел носил в глазах печаль, а в сердце — стальной закон. Каждое утро, когда первые лучи касались вершины, он уходил в заросли остролиста, чтобы щипать...

фантазия в стиле североамериканских сказок В те времена, когда Великий Дух ещё ходил по земле, оставляя следы в виде гор и рек, на краю бескрайних прерий, где ветер целует ковыль, жили в уединённом вигваме Старый Вождь, чьи глаза потускнели от слёз по ушедшим воинам, и его скво, чьи руки помнили тепло очага, но забыли радость. Зимой их запасы истощились, и голод заглянул в их жилище, словно серый койот. — Жена моя, — прошептал Старый Вождь, кутаясь в бизонью шкуру, — сердце моё пусто, как амбар после долгой зимы...