"Верноподданный разбойник Антут" спин-офф

"Секрет, Антут, на то и секрет, чтобы не рассказывать" (Верноподданный разбойник Антут - Часть 29) Было поздно. Последний камень упал на ладонь прежде, чем гости успели кинуться к столу. А на столе стоял сэр Брюстек, сжимал в кулаке последний камень, часто моргая. Толпа замерла, вновь воцарилась гробовая тишина. Первым заговорил лорд в малиновой рубахе: - Ве-ве-ве-верут? - Я--я-я-я что? - плечи барона неустанно двигались вверх-вниз. - Ты нас что, обманул? - Что ты сказал? Дальше последовали банальные фразы о том, что его называют лгуном в собственном доме, а после двое аристократов схватили друг друга за вороты и так замерли. - Дуэль! Дуэль! - вопили остальные. Да когда же они наедятся? - К чёрту дуэль! - проорала малиновая рубаха. - Итак увидим, — он вытянул руку, кинулся к сэру Брюстеку... Его имени я тоже так и не узнал. Через секунду он обратился облаком пыли. Наконец, аристократам хватило. Мужчины завизжали женскими голосами, женщины попадали в обморок. Я смотрел на них как во сне, плохо воспринимал звуки и образы. Перед глазами внезапно возник сэр Брюстек: - В чём же ваш секрет? - выговорил я. - Секрет, Антут, на то и секрет, чтобы не рассказывать, — он задержал взгляд, как лезвие ножа у горла, потом отвернулся и направился к барону. Я стоял, не решался дышать: "Он знает меня. Что если скажет барону?". Я вслушивался среди общего гула, вздохов и падений, но всё что понял, он попросил барона написать расписку. Голова шла кругом, я вышел, вдыхая прохладный ночной воздух. Игорная за спиной гудела. Я отошёл так далеко, как мог, на край обрыва и чуть вправо, дальше уже обрывалась тропа, но замер - у скалы виднелся силуэт. - Господин наместник? - я сразу узнал девичий голос и смущённый смех. Интересно, на каком моменте она вышла? - Простите миледи, не знал, что вы здесь. Умоляю, не стойте так близко к краю. - Вы как мой брат, — вздохнула она. Я придержал вежливый ответ, захотелось её поддеть: - Нет, он за вас боится. А я просто не хочу потом доставать вас оттуда. Потому что, когда скатитесь... Меня прервал смех в ладонь: - Вы так любезны... когда молчите. - Когда это я молчал? - я заметил, что мну воротник рубахи. Опять сдержанный смех. - Белианна! - послышалось сзади. Девушка встрепенулась: - Пора мне. А вашей невесте повезло. Прощайте, — она развернулась и ушла, не видела, как в меня ударила молния. "Белианна"? - Прата! - послышалось неподалёку, это был голос барона. - Что тебе надо от виконтессы Белианны? Я думал, ты помолвлен. - Эта леди... я не.... - выдохнул я. - А! - он отмахнулся. - Слушай меня, пёсий сын, мы пропали!

"Извините, сэр рыцарь, не судьба" (Верноподданный разбойник Антут - Часть 28) Вздох перерос в восторженный гул, затем в крик. Люди вставали, хлопали, вздымали руки кверху, хватались за сердца. - Он жив, — глянул я на девушку. Она открыла глаза, грудь её лихорадочно вздымалась. Чуть погодя поднялся барон: - Вы заслуживаете уважения! - он прижал обе ладони к сердцу - знак уважения к человеку более низкого титула или происхождения. Сэр Брюстек дёрнул бровями, почесал подбородок: - А теперь ещё и миллиард. - Простите? - барон склонил голову набок. Сэр откашлялся: - А теперь я заслуживаю ещё и миллиард теномов. - С чего же? В зале начался шёпот, сэр повысил голос: - Все присутствующие слышали, как вы объявили, что помножите выигрыш в десять раз. Предыдущий выигрыш, как мне известно составил сто миллионов. - Ах, Боже мой, — барон усмехнулся и плюхнулся на свой стул, улыбаясь во все тридцать два. - Я же забыл, что вы не один из нас. Милок, принеси мне ещё, — он махнул нарядному, и тот поспешно ушёл и вернулся с бокалом. Барон не спеша отпил, потом продолжил: - Полагаю, это мой долг, в моём доме доносить до людей непонятные им вещи. Уважаемый сэр Брюстек, сказав что помножу выигрыш, я, конечно же, имел в виду абсолютную бесспорную победу. - Которую я одержал. - Хотите сказать, что закончили игру? В коробке остался ещё один камень. - Но ведь он смертоносен, — вырвалось из зала. - Но ведь он там остался! - обернулся барон. - Игра заключалась в том, чтобы вытрясти из коробки камни, оставшись в живых. С каких пор девять равно десяти? - Кто вообще сказал, — лениво протянул крякающий женский голос, — что он смертоносен, может, смертоносный давно вытрясли! - Да! Зал задрожал от одобрительного гула. Барон допил и вновь развёл руки: - Извините, сэр рыцарь, не судьба. Гул перерос в хихиканье и насмешливый шёпот. Сэр Брюстек сжал зубы так, что челюсть его стала квадратной, он запрыгнул на стол с ловкостью акробата. Накидка встрепенулась, начертила в воздухе бордовую полосу. Его руки подняли коробку над головой, единственный камень забился о стенки. - Нет! - выходнул барон. - Нет! - завизжали в один голос девицы. - Нет! - заорал я. - Не надо! - опрокинулись стулья первых рядов.

"А ты говорил, нервы крепкие!" (Верноподданный разбойник Антут - Часть 27) Сэр Брюстек услышал меня, повернул голову. Его взгляд холодный решительный, без тени азарта, на миг потеплел, благодарность выразилась в лёгком кивке. Какой глупостью было хоть на секунду допустить, что это он идёт на поводу у них. Я сел обратно, а они вопили: - А ты говорил, нервы крепкие! - Все мы боимся за себе подобных! - Ну да, за маркиза не подал голос! - Это ладно, но Баркия диктует мораль... Дожили! - Господин наместник видел эти смерти собственными глазами, — голосочек слева от меня дрожал от гнева. - И я тоже считаю, что заставлять человека делать подобное - чудовищно! Сидящий впереди лорд резко развернулся: - Сестра, сядьте! - сквозь зубы процедил он. Девушка вздрогнула, закусила губу и села. - Заставлять! Будто мы заставляем, — послышалось из передних рядов. Внимание забрал стук бусин о стенки коробки. Сэр Брюстек начал игру, правая рука перевернула коробку, левую держал ладонью кверху. Я замер, не дышал, сотни вопросов, и ещё больше ответов роились в голове. Белый шарик нехотя показался из коробочки, устремившись вниз, как слеза со щеки, как сосулька с крыши, как монета из кармана. Как сотни предметов, что каждый день падают на грешную землю. Обыкновенно, тихо, безмятежно готовясь отнять очередную жизнь. Пришла мысль, что это страшнее, чем смерть. Перед смертью благоговеют, смерть навевает страх, ей сопутствуют мысли о вечном. А это - исчезновения в облаке пыли, не остаётся даже бренного тела, казалось, что погибшие от Камня Смерти уходят вовсе из памяти. Мгновение застыло как в смоле, действительность стала неподвижной картиной, на которой камень будет падать вечность. Глаза резало, я моргнул, и в этот момент присутствующие вздохнули в один голос, стулья загромыхали. На ладони бледного сэра Брюстека безмятежно лежал круглый камень. Который не принёс ему смерти.

"Мёртвые не покупают поместий" (Верноподданный разбойник Антут - Часть 26) - Вы согласны, что это ужасно? - спросила она. - Они играют со смертью. Вскоре я понял, в чём дело. Впереди на столе стояла круглая коробочка, в которой лежало девять обыкновенных бусин, а десятая.... надо ли говорить, чем была десятая? В крышке коробочки было отверстие такого размера, чтобы из него выпадала только одна бусина. Игрок должен был встряхнуть коробочку, а затем, перевернув, вытрясти одну бусину себе на ладонь. С каждым разом риск увеличивался, с ним росли и ставки. - Маркиз Шуртар только что выбросил восемь камней, — шепнула мне девица. - И ничего. Представляете? Теперь все думают, что на аристократов Камень Смерти не действует. Я не ответил мне хотелось зубами порвать себе рукава, а затем до локтя обглодать собственные руки. Но я ограничился кусанием кулака. - Господа, уверяю вас, — на "сцену" выкатился живот нарядного игорной, потом и сам нарядный. - Камень Смерти до сих пор внутри. Острый момент господа: внутри кроме него всего один камень. Или-или! Так кто же рискнёт? Воцарилась тишина, из первого ряда заговорил барон: - Даю слово, я помножу выигрыш в десять раз. - Не дури, Верут, — махнул рукой лорд в малиновой рубахе. - Это же миллиард. Можно купить поместье! - Ну и что! - Мёртвые не покупают поместий, — усмехнулись со второго ряда. - Такого закона не припомню. Это из какого кодекса? - ответил барон. Его слова были встречены смехом. - Ну что ж, — низкий голос из первого ряда резко перебил смех. - Я готов рискнуть. Присутствующие завертели головами, героя оказалось нелегко заметить. Паренёк был ростом с девицу, и даже стоя не выделялся в толпе. Он вышел вперёд, в расклёшенной бордовой накидке напоминал абажур на ножках. Надо сказать, это был, всё ж не паренёк, а мужчина лет тридцати пяти. В его руке блеснула серебряная табакерка, которую он поднёс к носу, а после поклонился. - Это кто? - обратился я к своей соседке, та развела руки, но впереди уже звучало: - Сэр Брюстек, вы-то куда? Вы же даже не аристократ - мало ли что! - Пусть, пусть! Он везучий, — кричал кто-то. - Сэр, я с вами, не смейте отступать, — поддержал женский голос. Сэр в бордовой накидке молчал и не двигался. Наконец крики умолкли, послышался голос барона: - Дерзнёте? - он не мог или не хотел сдержать усмешку. Сэр Брюстек сухо кивнул, встал вполоборота и положил руки на коробочку. - Ой! - пискнула моя соседка и закрыла глаза ладонями. Я не выдержал, я вскочил: - Сэр, остановитесь! Это верная смерть. Зачем вам это?

"Мне хотелось навалять этим ублюдкам" (Верноподданный разбойник Антут - Часть 25) Настал вечер, я не нашёл ни барона, ни Камня Смерти, ни сил выяснять. Я сел на крыльце, ругаясь себе под нос. - Господин наместник, молоко скисло и.... Из моей груди вырвалось рычание, послышались торопливые удаляющиеся шаги. Я остался один в сгущающемся мраке, среди обломков скал и деревянных построек. Внутри замок выглядел роскошно, но мало кого интересовал внешний вид заднего двора. Справа темнел амбар, чуть дальше торчала косая, но прочная крыша колодца, черным лежачим великаном раскинулся склад, слева от него - сарай, ещё один... Серый от грязи снег годами скапливался между построек. На отшибе, в гордом одиночестве, стояла игорная, как ядовитое растение, вокруг которого не всходит трава и не пасутся звери. Оттуда долетали крики и смех. Нашли время! Вечерами я туда не заходил, но сегодня сделал исключение. Играть не собирался, мне хотелось навалять этим ублюдкам. Я доктрину Храма не изучал, но веселиться в такой день считал грешным. На счастье, дверь оказалась приоткрыта - а то бы вышиб. Каково же было моё удивление увидеть, что зал рябил аристократическими нарядами. Смех принадлежал не селянам. В воздухе чувствовался стойкий запах алкоголя. Стулья образовывали ряды, как в театре - на двух передних сидели мужчины и пожилые дамы. Я узнал одну и быстро уселся в последний ряд, среди молодых девушек. - Я считаю, это ужасно! - послышался сбоку громкий шёпот. Рядом сидела девица, которую я помнил ещё с бала. Она выделялась среди других, скромным перламутровым платьем, голубыми глазами - такими редкими для Серенида. А ещё, самой милой улыбкой на свете, при которой на щеках появлялись ямочки. - Добрый вечер, миледи. Она улыбнулась, большего было не надо, имел бы право - вечно бы смотрел на эту улыбку. Что за чудесное создание!

"Хоть что-то о нём запомнил" (Верноподданный разбойник Антут - Часть 24) Я успел только спешиться и достать мешочек, как передо мной возник барон - Где же Камень Смерти? Меня передёрнуло, я вывалил гость земли на ладонь. Барон уставился на бусину так, что зрачки сдвинулись к переносице: - И как это может убить? - Понятия не имею, — признался я. Барон протянул руку, но вдруг замер. - Эй, ты, как тебя там? - крикнул он селянину, что остервенело драил крыльцо. - Иди сюда! Я думал, у меня есть время, чтобы ни случилось дальше. Но как только селянин приблизился, барон схватил его руку, будто инструмент, и коснулся ею бусины. Я успел заметить, как расширились зрачки селянина, тёмные круги под его глазами. Какого цвета были сами глаза, сколько примерно ему было лет, и даже, как его звали, я уже никогда не узнал. Его тело рассыпалось в прах, и даже прах этот не упал на землю, а просто исчез в воздухе. Я почувствовал, как похолодели ступни, будто я стоял без сапог на снегу. - Да как это? - зазвучал ни к месту весёлый голос. И он принадлежал ни барону, тот стоял неподвижно переваривая увиденное. С другого конца двора приближался парень лет двадцати - хоть что-то о нём запомнил, прежде, чем он с разбегу шлёпнул по Камню Смерти. Притом с таким азартом, будто хватал последнюю козырную фишку со стола. Секунда, и на его месте развеивалось облачко пыли. Я дёрнулся, побежал, но запутался в собственных ногах и выронил проклятую бусину. Та упала в кучу старого снега, оставив тёмное отверстие. Барон, наконец, ожил, подошёл к тому месту. - Не обманул, значит. Но, а как же ты ее держишь? - Я её не касался, — ответил я. Неужели, он ещё может о чём-то думать? - Трусишь, а? Я вот тоже. Интересно, оно всех убивает или только чернь? - Проверите? - не сдержался, бесит. - Господин наместник, — позвали меня из окна замка. - Не до этого, — отмахнулся я. - Милорд, я отвезу эту штуку подальше и... Барон скривил губы: - Иди работай! Без тебя разберутся. - Но господин наместник! - повторил голос. - Господин Прата! - зазвучал другой голос из-за угла. - Ох простите, — вздохнул кто-то в дверях. - Но у меня срочно. Казалось, они поспорили, на кого я первым обращу внимание. Я отошёл, уверенный, что управлюсь за минуту. Но проблемы вставали в бесконечную очередь. Сахарный склад атаковали муравьи, доски на крыше провалились, стражник выпал из окна на втором этаже. Это в полном доспехе, от окна ничего не осталось. Лошадь на прогулке подвернула ногу и гостившая у нас дама упала с неё. Напоследок выяснилось, что вода в колодце покрылась непонятной зелёной плёнкой.