Истории

Тося перестала выходить во двор в середине октября. Не сразу. Сначала она просто стала задерживаться у порога, принюхиваясь к воздуху так, будто пыталась прочитать его. Потом начала упираться лапами в дверной косяк...

Всё началось с забора. Муж давно собирался его покрасить. Не то чтобы забор совсем обвешал, нет. Просто облупился местами, и соседка Валентина Петровна каждый раз, проходя мимо, цокала языком. Громко. Демонстративно. Так, чтобы мы точно слышали. И вот в субботу Лёша наконец взялся за дело. Купил краску, кисти, малярный скотч. Краску выбрал зелёную, цвета молодой травы. Красивый, в общем, цвет. На заборе. На коте, как выяснилось позже, он смотрится иначе. Снежок у нас кот особенный. Белый, пушистый, с голубыми глазами и абсолютной уверенностью, что весь мир создан для его развлечения...

Идея родилась в три часа ночи, как все по-настоящему безумные идеи. Аня сидела на подоконнике с кружкой остывшего чая и листала чужие фотографии Байкала. Паша валялся на полу её комнаты, подкидывая мячик к потолку. Они дружили с первого класса, и за четырнадцать лет научились молчать рядом так, что тишина не мешала. – Хочу на Байкал, – сказала Аня. – Поехали. – Автостопом. Мячик ударился о потолок и отскочил в сторону. – Автостопом, – повторил Паша, будто пробуя слово на вкус. – Пять тысяч километров...

Григорий толкнул дверь приюта так, как привык открывать всё в своей жизни. Плечом. Стеклянная дверь жалобно звякнула, из-за стойки подняла голову молодая женщина в зелёном фартуке. На бейджике значилось «Лена». Лена окинула взглядом вошедшего и невольно выпрямилась. А посмотреть было на что. Пятьдесят лет, метр восемьдесят пять, борода как у лесоруба из скандинавского фильма. Руки такие, что ладонь накрывала столешницу целиком. Куртка из грубой ткани, на ботинках засохшая глина. Человек, который явно проводит жизнь не за монитором...

Комод стоял в дальнем углу барахолки, между чугунной швейной машинкой и стопкой пыльных журналов. Облупленный, с потемневшей латунной фурнитурой и глубокой царапиной на левом боку. Вера присела на корточки и провела пальцами по дереву...

Персик не любил чужих. Это Оля знала с первого дня, когда принесла его домой – крошечного, светло-бежевого, с круглыми глазами и привычкой засыпать исключительно на её подушке. Котёнок вырос в солидного пушистого зверя, который снисходительно терпел курьеров, игнорировал подруг и позволял себя гладить только Оле. Иногда – маме. Если было настроение. Но Артёма он возненавидел сразу. ***** Артём появился в Олиной жизни в марте, когда город ещё тонул в грязном снегу, а она уже третий месяц приходила домой в пустую квартиру и разговаривала с котом...