Библиотека эзотерика

Можно, конечно, представить всё в военном аспекте и на самом деле окружить Леонардо, т.е. взять в «котёл», но это будет больше похоже на охоту на волков, а мы этого с Леонардо делать не хотим, всё – таки Лев как – никак. Поэтому окружим его нашей доброй заботой, а охоту устроим на ближайшее окружение великого человека. Родню тоже отлавливать не будем. Начнём с начала трудовой деятельности Леонардо, которая началась в художественной мастерской Верроккьо. Верроккьо – это провище неплохого живописца Андреа ди Чьоне, которого называют даже знаменитым...

Мы просмотрели очень много различной информации об итальянской достопримечательности под именем Леонардо да Винчи, и вывод сделали для себя чёткий: ну не верим в то, что в Италии когда – либо жил такой человек. А самое интересное то, что Леонардо да Винчи является полной противоположностью Уильяму Шекспиру. У Шекспира тьма-тьмущая различных произведений, но ни единой рукописи, а у Леонардо невероятное количество рукописей, а произведений раз – два и обчёлся. При этом нисколько не верим официальному биографу гениального человека, которому было всего лишь восемь лет на время смерти Леонардо...

Напомним исходную точку – греческий миф «Похищение Европы Зевсом». Есть в этом мифе один очень интересный момент: Европа возлагает на Зевса венок. Миф на то и миф, что предполагает некие более широкие знания, которые сразу не усматриваются. Можно, конечно, тупо понимать, что собрала Европа цветочки полевые, было время венок из них сделать первому встречному (естественно, человеку, а не животному), а тут появился Бык, которому во чтобы-то ни стало понадобилось нацепить веночек на рога (очень сомневаемся, что Европа сплела венок впору по голове быка)...

О чём можно сказать в заключение первой части? О том, что люди не умеют делать выводы? Так это очевидная вещь. О том, что люди многого не знают? Так люди сами об этом знают. Расскажем о том, что недавно прочитали. А прочитали мы следующее откровение наукообразных людей: якобы для наших предков озеро, река, море, океан были равнозначными понятиями, поэтому в тех случаях, когда в рукописях написано слово «море» - это могло быть и «озеро», и «океан», и «река». Спорить мы не хотим, но думаем, что наши предки идиотами не были...

Этот сонет должен у переводчиков Шекспира считаться самым зловредным. Ещё бы, такое написать о своей госпоже! Врагу не пожелаешь. В вольной интерпретации звучит примерно так: и косая, и хромая, и воняет, как с помойки. С.Маршак в своём переводе попытался исправить ситуацию в последних двух строчках, но мы до сих пор в удивлении: у Шекспира явно такими выводами не пахнет. Судите сами. My mistress' eyes are nothing like the sun; Coral is far more red than her lips' red; If snow be white, why then her breasts are dun; If hairs be wires, black wires grow on her head...

Практически ничего не меняется. Приносит наша тактика плоды, значит – надо продолжать: машинный перевод, некоторое согласование со словарём, а там, куда Бог вывезет. Если честно, то нам нравиться вырваться на свободу из узких рамок узаконенных ограничений, будь то правила английского языка или общепринятое конструирование из слов различного типа творческих произведений. Можно назвать это игра словами, но это будет неправдой. Это Игра в Слово. При этом мы вполне ответственно заявляем, что не претендуем...