Разбитое отражение (мистика)

Какое-то время ехали молча. Судя по ощущениям, приближался рассвет, но небо оставались все таким же темным и непроницаемым. Возможно, причина этого была в пасмурной погоде. Возможно, погода здесь была не при чем. Со всех сторон их окружала плотная темнота, только фары освещали дорогу тусклым светом, который не рассеивался, а образовывал чёткую границу с темнотой. Дворники методично смахивали со стекла капли дождя. Соня вдруг поняла, что не пристегнулась, и поспешно схватилась за ремень безопасности...

— Никогда не возвращайся сюда, — сказала Алиса, — ни под каким предлогом. Слышишь? Никогда. Не только ради себя, понимаешь? Она смотрела на Илью, полностью игнорируя Соню, но, тем не менее, обращалась она к обоим. Сергей молча обнял сына, потом его девушку. — Езжай осторожно, — сказал он, — не гони. Не превышай. Мокрая дорога, ночь.  — Хорошо, — ответил Илья, — не переживай. Я ведь теперь не один. Рисковать не буду. — Обязательно позвоните, когда доберётесь до дома. — Конечно, папа. — Нам ведь дадут спокойно уехать из города? — спросила Соня, явно нервничая...

— Соня не жертва, — сказал Илья, совсем не уверенный в этом. — Соня может стать жертвой, — ответило Нечто из угла комнаты, и в этом Илья даже не сомневался. У Нечто были все основания утверждать так, а у Ильи не было ни одного основания не верить в это. — Рассказывай. Он не хотел слушать, но разве у него был выбор?  — Жители города придумали, как… ты понимаешь, да, о ком именно я сейчас говорю? Илья понимал. Оно говорило о тех, кто так или иначе участвовал в суде над несчастной, а потом и в её казне...

Илья понятия не имел, где сейчас находится Соня, но в одном он не сомневался: там было очень холодно. И страшно. Жутко. Он прижал девушку в себе, надеясь хоть немного согреть её. — Ты сознательно боролся с воспоминаниями, отрицая всё, что не укладывалось в рамки твоего видения этого мира, — продолжало Нечто голосом Сони. Сама девушка находилась сейчас где-то там, в темном с сыром, холодным и страшном месте. — Нам это очень мешало. Ты должен был поверить. Ты должен был дать хотя бы шанс, но ты был закрыт от нас...

— Соня… Соня, ты меня слышишь? Соня была той самой девушкой с изуродованным лицом. Она стояла в углу комнаты и наблюдала за подростком и его классным руководителем. Ей было больно видеть на лице парня отвращение и страх. Когда-то она была красивой. Потом изменилось все. — Соня… что с тобой? Ты меня не слышишь? Потом её не стало. Они отобрали её красоту, но она отомстила им. Отомстила жестоко и продолжала мстить. В тот день, она поняла одну вещь: красота — это проклятье. А это означает, что за красоту нужно платить...

— Ты прекрасно знаешь, как все это происходит, — продолжила Алёна Михайловна, глядя в окно, не на Илью, но он нисколько не возражал против этого. Смотреть ей в спину было приятнее и, самое главное, спокойнее, чем постоянно отводить глаза в сторону, прячась от её взгляда и убеждая себя в том, что он поступил правильно. — Тебя ведь выбрали председателем не просто так. По поведению к тебе претензий почти нет. В пределах разумного. Так что тебе придётся рассказывать всем, кто входит в состав Коллегии, как председатель вдруг превратился в… — она задумалась...