Культура

Образ русской женщины в мировом сознании десятилетиями был неразрывно связан с роскошью, граничащей с избыточностью. Соболиная шуба в пол, меховая шапка-кубанка, тяжелые украшения и взгляд, в котором читается одновременно и ледяное спокойствие, и неисчерпаемая нежность. Сегодня, благодаря социальным сетям, этот образ трансформировался в глобальный тренд — Slavic girl aesthetic. Но если снять дорогую шубу и стереть яркую помаду, что останется в сухом остатке? Останется то самое «состояние души», которое невозможно купить в бутике или получить вместе с гражданством...

Киноакадемия США официально объявила список номинантов на 98-ю премию «Оскар», и, судя по именам, нас ждет одна из самых захватывающих церемоний десятилетия. В этом году «золотая лихорадка» объединила в себе всё: от блокбастеров про «Формулу-1» до мрачных драм Гильермо дель Торо. Главным заголовком утренних новостей стало столкновение двух поколений. Тимоти Шаламе, ставший новым «золотым мальчиком» Голливуда, получил свою третью номинацию за роль в фильме «Марти Великолепный». Его соперником выступит...

Конец восьмидесятых, Москва. В подвале на Знаменке горит свет, стены увешаны черно-белыми фотографиями, в углу курит Виктор Цой, Борис Гребенщиков настраивает гитару, а где-то между ними мелькает человек с фотоаппаратом. Это «Студия 50А», и это — эпицентр всего, что тогда по-настоящему дышало в советской культуре. От вагона-ресторана до «Мелодии» Сергей Борисов родился 23 мая 1947 года в Москве. В двенадцать лет он впервые взял в руки фотоаппарат — и понеслось. В начале семидесятых он исколесил...

Лондонский дождь стучит по зонтам, как метроном в старом джаз-клубе. И вдруг сквозь серую мглу прорезается силуэт — высокая, горделивая, в пальто цвета рассвета с золотыми пуговицами. Это не герцогиня. Это Саманта. Афганская борзая. И сегодня она важнее, чем любой fashion-редактор. Как пёстрая шерсть стала трендом Всё началось с одного видео. Хозяева сняли, как их трёхлетняя красавица, гуляя в Хайгейте, окунулась в лужу в новом свитере от Zara. Вместо расстройства Саманта фыркнула, тряхнула хвостом — и этот момент набрал 500 тысяч просмотров за ночь...

Нью-Йорк, 1936 год. Город, обещавший славу, встретил его равнодушием. Но за стеклом квартиры на Вашингтон-сквер рождалась тишина, способная заглушить шум непризнанности. Когда Андре Кертес ступил на берега Америки, его имя уже звучало в Париже и Будапеште как синоним новаторства. Его кадры — смелые ракурсы, игра света и тени, эмоции, схваченные в мгновение — покоряли Европу. Но Нью-Йорк 1930-х жаждал другого: журнальные редакторы требовали отчетливых сюжетов, героических нарративов, а не поэтических зарисовок «для души»...

Представьте, что вы заходите в кинотеатр, где показывают фильм без звука и без названия. На экране — кадр, застывший в мгновение между началом и концом. Человек стоит у окна в полупустой комнате, за стеклом медленно плывут облака, а на столе лежит открытая книга с страницами, которые никто не читал уже много лет. Вы не знаете, что было до этого момента, и не узнаете, что будет после. Но сердце сжимается от странного узнавания. Это и есть мир Гейра Мосейда — норвежского фотографа и режиссера, который превращает каждый кадр в загадку, написанную светом и тенью...