Штопаные души

Дорога в школу - нейтральная полоса между детским центром и классом. И там, и там – свои правила, свои законы. А в промежутке ты – никто, актёр без роли. Или наоборот – тот, кем являешься на самом деле: отвергнутый ребёнок, ищущий любви и защиты, мечтающий, ждущий, ранимый и мудрый не по годам. – Я люблю так идти, – признаётся Мишка, – идёшь себе и идешь. Вот бы дорога никогда не кончалась… Снег валит большими пушистыми хлопьями, будто кто-то наверху, решил «выбелить» город, очистить от пыли и грязи...

Усыпить Настю может только Женька, старший брат. Он ляжет рядом, пошепчет о чём-то, и глядишь – девочка засопела. А Наталья Петровна все перепробовала: сказки рассказывала, колыбельные пела, святой водой умывала – бесполезно. Вот тебе и опыт: двадцать лет ночной няней оттрубила, а семилетний мальчишка нос утёр. Не зря говорят: «Родная кровь – не водица». «Это таблетки всему виной, – уверена Наталья Петровна, – пичкают ребёнка, вот и нет ни аппетита, ни сна. Худенькая, бледная. Её бы в деревню, на свежий воздух, на молочко коровье, глядишь – и ожила бы...

Заметив в кипе принесённого на починку белья темно синюю клетчатую рубашку, кастелянша Надежда Ивановна демонстративно скрещивает руки на груди и мотает головой: – Нет-нет-нет! И даже не пытайся меня уговаривать. Я не старик Хоттабыч и не крёстная фея. Она уже даже на половую тряпку не годится, сама посмотри: рукава обрезаны, полочки надставлены, в спине клин, на воротнике заплатка, – ну что мне ещё сделать? Я не знаю, что ещё сделать, чтобы спасти любимую Серёжкину рубашку. Любимую, потому что её купила мама...