Тёмный сезон

– Ты хоть понимаешь, что живой она оттуда вернуться не должна? – голос Ильи, обычно вальяжный и густой, сейчас сочился сухим, ломким льдом. Я замерла в коридоре второго этажа, сжимая в руках стопку свежих полотенец. Запах кондиционера «Морской бриз» внезапно стал удушающим. Номер тринадцать. Самый дорогой люкс с видом на мыс Видный. Илья заехал три дня назад с женой Кристиной. Тонкая, прозрачная, как майский лист, она светилась тем особенным уютным теплом, которое бывает только на пятом месяце. – Все продумано, – продолжал Илья, и я услышала характерный щелчок зажигалки...

– Вы проверьте ещё раз! Он не мог просто взять и исчезнуть, я вам русским языком говорю! Женщина на стойке ресепшена теребила ремешок дорогой сумки. Пальцы дрожали, но я, признаться, видела сотни таких «потеряшек» за сезон. Курортники часто путают время заезда или сваливают в закат к новому ухажеру, забыв предупредить администратора. Только здесь пахло не ветреным курортным романом. Здесь пахло бедой. – Ульяна Станиславовна, я проверяла. В номере пусто, ключ-карта на тумбочке. Постель не смята. Ваш...

– Армен, твоя сестра ест за троих или у неё в номере завелся енот-полоскун? – я аккуратно поставила перед мужем поднос, на котором сиротливо лежали три пустые тарелки из-под хинкали. Армен, не отрываясь от мангала, проворчал: – Анечка, ну что ты начинаешь? У Эльвиры стресс. Развод, долги, депрессия. Пусть кушает, нам жалко, что ли? Сезон только начался, мяса много. Я промолчала, поправляя идеально белый рукав блузки. В Сочи депрессию лечат морем и вином, а не затворничеством в душном «стандарте» на втором этаже...