Избранное: истории, которые остаются в сердце

Светлана стояла у окна и смотрела, как во дворе-колодце сосед сверлит перфоратором уже третью субботу подряд. Звук был такой, будто кто-то пытается пробурить землю до самого Китая. Даша плакала в комнате — у неё выпал зуб, и она никак не могла поверить, что это не больно. Кирюшка требовал, чтобы ему дали планшет, Миша стучал машинкой по батарее, и всё это сливалось в один сплошной гул, от которого у Светланы начинало болеть в висках. — Серёж, — сказала она, не оборачиваясь. — Я не могу больше. Сергей поднял голову от ноутбука, где он проверял почту...

Это художественное произведение. Все события и персонажи вымышлены. Рассказ о любви, материнстве и силе духа. Катерина сидела на кухне и перебирала старые фотографии. На дворе стоял февраль, за окном кружил снег, и в доме было тихо-тихо. Она разложила снимки веером по столу — вот они с Андреем на свадьбе, вот на отдыхе в Крыму, вот в гостях у родителей. На каждой фотографии они улыбались. Катя провела пальцем по застывшим лицам и вдруг поняла, что не помнит, когда в последний раз улыбалась по-настоящему...

⚠️ Важно! Это художественный рассказ, все персонажи и события вымышлены. Он не содержит инструкций к действию или описаний опасных практик. Если вы впечатлительны, возможно, стоит читать при свете дня. Москва, бизнес‑центр «Алмаз», двадцать третий этаж. Я работаю здесь уже три года — старший аналитик в крупной IT‑компании. Зовут меня Дима. Мне тридцать пять, я люблю порядок, таблицы, прогнозы. Мистику не люблю. Не верил в неё. Всё началось в понедельник, когда в холле напротив лифтов поставили новый арт‑объект — зеркальный лабиринт...

Деревня Заозёрье стояла на отшибе — пятнадцать домов, полтора десятка стариков, два магазина и заброшенная ферма. Летом наезжали дачники, зимой выли волки, а по ночам в окна стучали ветки старого вяза. Я приехала сюда хоронить мать. И осталась — потому что в городе меня ничего не ждало, а здесь был дом, огород и тишина. Меня зовут Варя. Мне тридцать два. Я бывший корректор в уволенной газете, и я люблю порядок. В доме матери порядок был странный — старые иконы, сушёные травы на печи, половики, связанные из лоскутов...

Восьмилетняя Алиска приехала к прабабке Матрёне на лето, как и каждый год. Но это лето было особенным — прабабка обещала показать ей «самое главное», то, что хранила всю жизнь. Матрёне было под девяносто. Она жила одна в маленькой избе на краю деревни, возле самого леса. Внуки и правнуки наезжали редко, только Алиска приезжала каждое лето — родители развелись, мать работала в городе, и девочку отправляли к прабабке, чтобы был пригляд. Их связывала особая нежность. Алиска любила сидеть у печки, слушать старые сказки, пить чай с мятой и мёдом...

Городской парень Илья приехал в деревню к бабке Полине на всё лето. Ему было двадцать два, он учился на программиста и считал, что каникулы в глуши — это пустая трата времени. Но мать настояла: «Побудь с бабушкой, она старая, помочь надо». Бабка Полина была крепкая, несмотря на возраст. Ходила быстро, говорила отрывисто, и в избе у неё всегда пахло пирогами и сушёными травами. Илья помогал по хозяйству: колол дрова, носил воду, чинил покосившийся забор. Ему нравилась эта простая жизнь, хотя он ни за что бы не признался...