«Под лунным сводом»

На утро деревня словно проснулась другой. Казалось, сама природа постаралась помочь людям поскорее забыть о кошмарах последних дней: долгожданное солнце вырвалось из-за гор и осветило заснеженные крыши мягкими, почти весенними лучами. Словно сама жизнь намекала, что впереди — обновление и надежда. В доме старосты, где теперь держали священника под стражей, царила тяжёлая тишина. Пара крестьян, дежуривших у двери, нервно переговаривалась полушёпотом. Все понимали, что отец Маттиас — преступник, но...

Первые лучи рассвета окрасили небо над горами блеклым розоватым сиянием, когда маленький отряд, во главе с Сабиной, привёл отца Маттиаса в дом старосты. Бывшая контора, где ещё недавно лежало бездыханное тело главы деревни, теперь превращалась в импровизированное место «суда». Несколько крестьян, которым доверяла Сабина, заняли позиции у дверей, чтобы никто не помешал — и никто не сбежал. Улицы начали оживать: кто-то выбирался из домов с костылями и вилами, опасаясь новых нападений. А узнав, что...

Скрип снега под тяжёлыми шагами маленького отряда резал тишину ночи. Луна уже освободилась от облаков и залила деревню призрачным светом, отчего невысокие домики и заборы стали похожи на чёрные силуэты странных зверей. Сабина шла во главе, сжимая рукоять небольшого ножа под полой плаща. Рядом с ней ступал Отто, нёсший факел; за ними — двое крепких крестьян с вилами и топором. Все нервно оглядывались, ожидая любой подвох в этом зыбком свете. Их первая цель — старая часовня, где, по слухам, могли проводиться обряды «Лунного свода»...

Остаток пути обратно к деревне выдался тяжким: холод сковывал мышцы, лёгкие обжигало морозным ветром, а скользкие камни угрожали сбросить путников в пропасть. Но страх за Юстину гнал Сабину и её спутников вперёд. Знахарь Вильгельм, стиснув зубы, старался держаться рядом с Сабиной, а Отто, то и дело оглядываясь, напоминал ей о торопливости: — Нужно успеть прежде, чем… он сделает что-то непоправимое! Пока они спускались по узкой тропе, день клонился к вечеру. Из-за гор на небе вспыхивали багровые полосы — закат обагрял снег и безмолвные скалы зловещим светом...

Ночь выдалась тяжёлой. Сабина с трудом смежила веки: ей всё чудилось, будто за окнами слышатся далёкие шёпоты, а тени колышутся в неверном свете луны, точно взывая к ней из прошлых кошмаров. Когда же первый бледный рассвет коснулся оконного стекла, она, почти не отдыхав, поднялась и ощутила, как усталость налегла на неё всей тяжестью. Но отступать было нельзя: ещё со вчерашнего вечера её не покидало напряжённое чувство, что деревня стоит на пороге новых бед. Спустившись вниз, Сабина нашла Марту уже...

Тяжёлые сумерки опустились на деревню, словно некая зловещая завеса, через которую с трудом пробивался тусклый свет факелов. Сабина Штерн вернулась в трактир Марты, чтобы передохнуть и обдумать то, что увидела у часовни и старого кладбища. Но днём удалось лишь уяснить, насколько глубоки корни происходящего зла. Когда Сабина отворила дверь, её встретила привычная смесь запахов: дым от камина, слегка кисловатый дух разлитого пива и терпкая нотка приправ, которыми Марта сдабривала скромные крестьянские блюда...