«Елизаветинский Петербург» Экскурсия

До недавнего времени точная дата смерти Фридриха Вильгельма фон Берхгольца оставалась загадкой. Хотя во многих источниках указывался 1765 год, это оказалось ошибкой. Первым, кто оспорил эту дату, стал А. Ф. Крашенинников в статье «История Стокгольмской коллекции русских чертежей, или шпионаж против России, принесший ей пользу через 200 лет». Тем не менее, эта версия не получила широкого признания. В результате проведённого мной исследования, теперь можно с уверенностью утверждать: Фридрих Вильгельм фон Берхгольц умер в период между 9 и 21 ноября 1771 года...

(предыдущая) «Блистательный век» неумолимо приближается к своему закату. Сыграть последний аккорд этой архитектурной симфонии выпал на долю непревзойденного мастера барокко — графа Растрелли, много раз подтверждавшего своё мастерство на службе у Елизаветы. Этим аккордом должен был стать четвертый Зимний дворец. Но судьба, как всегда, вмешалась в чертежи… Вдоволь насладившись попытками перестроить Зимний дом покойной Анны Иоанновны, Елизавета Петровна в 1755 году приказывает своему архитектору снести его и издает указ о строительстве нового — четвертого Зимнего дворца...

(предыдущая) Адмиралтейский луг с проходящей по его периметру одноимённой улицей — наверное, не то, что вы ожидали увидеть на месте современной Дворцовой площади. Я вас очень понимаю. Но если бы мы перенеслись в начало XVIII века, то вместо Зимнего дворца увидели бы только неопрятный луг, улицу в несколько домов, да деревянный Адмиралтейский двор. В 1705 году на месте нынешнего Зимнего дворца архитектор Доменико Трезини возвёл деревянный дом для графа Апраксина. В 1707 году со стороны современной Дворцовой площади свой дом построил ещё один «птенец гнезда Петрова» — Александр Васильевич Кикин...

(предыдущая) Дамы и господа, перед нами Сенатская площадь! Изначально появившаяся как противопожарный кордон между Адмиралтейским двором и кузнями, со временем превратилась в узнаваемый бренд города. Эта площадь стала свидетелем множества исторических драм. Одних только названий у неё было столько, что впору заводить отдельный паспорт. Изначально, как и многие улицы молодого Петербурга, площадь была безымянной, только в 1738 году она получила название Исаакиевская — по Исаакиевской церкви, которую построил у берега Большой Невы архитектор Николай Гербель где мы её сейчас и наблюдаем...

(предыдущая) Главный миф о Санкт-Петербурге, вероятно придуманный в 1990х. Уже вряд ли кто вспомнит фамилию его автора, но суть этого мифа такова: «До основания Санкт-Петербурга, эти земли, за исключением Малой Охты, были пусты и необитаемы». И в подтверждение приводятся такие строки: «На берегу пустынных волн. Стоял он, дум великих полн, И вдаль глядел.» Этим мифотворцам показалось, что Александр Сергеевич хотел сказать потомкам, мол до Петра I тут ничего не было, кроме крепости Ниеншанц (или Канцы)...

(предыдущая) От Симеоновского моста до Калинкина, мимо Аничкова дворца по Фонтанке к Нижней набережной. Мы продолжаем экскурсию «По страницам дневника камер-юнкера Берхгольца». Слева от нас, на будущей Моховой улице, стоит церковь святых Симеона Богоприимца и Анны Пророчицы. Первоначально здесь была деревянная церковь, построенная между 1712 и 1714 годами, которая быстро обветшала и 5 октября 1731 года по приказу Анны Иоанновны, чьё тезоименитство отмечается 3 февраля, была заложена новая церковь по проекту Михаила Земцова...