Деревенские истории о любви и жизни.

В каждой избушке — свои погремушки Перед Троицкой субботой в деревне всегда особая тишина. Негромкая, трудовая. Каждый, кто мог держать косу или кисть с краской, тянулся на погост. Старые венки, пожухлые от дождей и времени, собирали в кучи...

Эта история была услышана мною от моего знакомого.. .. Он сидел напротив, положив тяжёлые руки на столик, и молчал так долго, что я уже решил — задремал. Но нет. Поезд вынырнул из леса в поле, и тот самый свет — послеполуденный, русский, жалостливый — упал на его лицо...

Глава 8 последняя Эпилог Сорок лет прошло. Сорок долгих лет. Как Нины не стало. Совсем. Только память о ней осталась — в стенах дома, в старых фотографиях, в сердце матери, которое билось, но не видело света...

Глава 7. Ноябрь тянулся серый, мокрый, с низким небом, которое давило на плечи. Нина с утра была сама не своя. Возилась по дому, переставляла чашки с места на место, заглянула к Алёше — тот играл в конструктор, послвнный в подарок с Урала, — и перекрестила сына...

Глава 6 Из роддома Нину и сына забирали — отец Семён Матвеевич и подружка Нина, та самая, две Нины — водой не разлить. На колхозный Волге. Василий не пришёл. Даже не позвонил. Даже открытку не прислал...

Глава 5 В третьем доме,по соседству с Ниной жила семья дядьки Кирилла. Того самого, что никогда не рассказывал, откуда приехал. Мужчина он был молчаливый, но глазастый — ничего не упускал. Сидел вечером...