Притчи

В одном далёком городе, где на рассвете узкие улочки наполнялись ароматом жасмина, а вечером с крыш слышно было веселый людской смех, жил старец. Его знали все — не по имени, а просто как Мудрого. К нему шли люди в печали и в радости, ради совета, поддержки или просто взгляда, в котором читалась бескрайняя доброта и опыт прожитых лет. В один майский день к нему пришёл молодой человек — в глазах огонь, на лице нерешительность, будто сердце его терзали невидимые вопросы. Он вежливо поклонился, сложил...

Помните древнюю притчу о Соломоне? Однажды богатый человек спросил великого царя: «Что ценнее — много золота, но с нечестью, или немногое, но с правдой?» Соломон ответил так просто, что слова его разошлись по всему свету: «Лучше немногое с правдой, нежели много прибытка с неправдой.» (Притчи 16:8) Вроде бы всё понятно. Но как часто мы оказываемся на перекрёстке выбора между “большим и сейчас” или “малым, но честно”? Вот рассказ, в котором эта притча становится не просто древней мудростью, а частью жизни обычного человека...

Иногда кажется, что древние мудрости давно утратили свою силу и звучат сегодня как скучные лозунги. Но в обычной жизни какая-нибудь история вдруг напоминает: совсем наоборот! Стоит лишь дать себе волю в разговоре — и последствия не заставляют себя ждать. Недаром в Притчах Соломона говорится: «Кто хранит уста свои, тот бережёт душу свою; а кто широко раскрывает рот — тому беда.» (Притчи 13:3) На окраине посёлка жила Антонина Васильевна. Женщина уже в годах, глаза живые, всё замечающие, походка бодрая...

Один человек лепил чаши из глины. Каждая — точная, прочная, красивая. Он не продавал их. Он отдавал — тем, кто нуждался. Однажды к нему пришёл юноша. — Я тоже хочу лепить, — сказал он. — Но у меня не получается. — Покажи, — сказал мастер. Юноша принёс чашу. Форма — хорошая. Глина — мягкая. Но чаша — хрупкая. — Ты не обжёг её, — сказал мастер. — Я боюсь, что она треснет. — А если не обжечь — она точно сломается. Мастер взял чашу. Поставил в печь. Огонь был ровный, не яростный. И чаша — выдержала. — Вот теперь можешь отдавать, — сказал он...

На берегу стояли двое. Один держал в руках чертёж, вычерченный до миллиметра. Второй — камень, тёплый от солнца, гладкий от времени. — Мост нужно строить по правилам, — сказал первый. — Мост нужно строить по сердцу, — ответил второй. Они спорили. Один говорил о расчётах, другой — о чувствах. Один — о прочности, другой — о красоте. И каждый был уверен: если уступит — мост рухнет. Прошёл третий. Он не говорил. Он просто опустился на колени и положил первый камень. — Ты что делаешь? — спросили двое...

Однажды весенним утром, когда на крышах палат ещё дрожал прохладный рассвет, в тронный зал молча пробрались две женщины. Они шли, будто неслышно переставляли ноги по мраморному полу — но каждая из них внутри бушевала, словно шторм в простуженном море. Соломон в привычном своём кресле выглядел усталым: за ночь он выслушал немало людских горестей, и вот теперь две женщины — у его ног. Две судьбы, перемешанные слёзы. У одной на руках — младенец, у другой — пустота, да глаза налиты тревогой. — Государь,...