💖💖От всего сердца

— Артём, я ведь немного прошу, — Лена поставила перед ним тарелку и села напротив. — Всего лишь, чтобы ты иногда был на моей стороне. Хотя бы делал вид. — На какой ещё стороне? — он даже не поднял глаз от книги. — Нет никаких сторон. Ешь спокойно. — Стороны есть всегда, — она улыбнулась мягко, без злости. — Молчание — тоже ответ, только трусливый. — О, началось. — Артём наконец отложил телефон. — Лен, ну что ты опять придумала? Вечер же хороший. Она вздохнула и подвинула к нему хлеб. Не хотелось ссориться, правда не хотелось...

— Артём, давай поговорим спокойно, — Света поставила перед ним чашку и села напротив. — Ты приходишь за полночь третью неделю подряд. Я ведь не слепая. — Опять начинается, — он закатил глаза и отодвинул чашку, будто она ему мешала дышать. — Сколько можно? Дай человеку выдохнуть после работы. — Я не допрашиваю. Я прошу, — её голос был мягким. — Просто скажи, что происходит. Мы же не чужие. — Происходит то, что ты меня пилишь, как фреза по металлу, — он усмехнулся. — Вот что происходит. * Света много лет работала с запахами — собирала ароматы по капле, как другие собирают слова в строки...

— Алина, ты только не кипятись, ладно? — Артём поставил кружку на стол так осторожно, будто это была граната. — У меня к тебе разговор. Серьёзный. — Когда ты так начинаешь, у меня сразу пальцы холодеют, — она улыбнулась и присела напротив. — Говори. Я сегодня добрая, у меня печь весь день держала ровный жар, а это редкость. — Твои украшения продал. Сестре на свадьбу, — сказал он и выдохнул, словно сбросил мешок. — Кристине надо было срочно, а у меня под рукой только они оказались. Алина медленно поставила чашку...

— Анют, ты ведь умная девочка, ну зачем ты упрямишься, — начала Тамара, расставляя на столе чашки. — Игорёк мой переживает, ночами не ест. — Тамара Петровна, он у вас не ест ночами уже лет десять, это называется режим, — мягко улыбнулась Аня. — А вот за столом он у вас наестся, тут не поспоришь. — Вот видишь, ты опять язвишь, — поджала губы свекровь. — Я к тебе со всей душой, а ты колешься, как ёжик. — Я не колюсь, я просто пришла на чай, — Аня села ровно, сумочку поставила на колени. — Вы же сами позвали...

Телефон затрясся на тумбочке, вспарывая тишину квартиры мерзким дребезжанием. Игорь, только что переступивший порог после двенадцатичасовой смены в реанимации, с откровенной неприязнью покосился на светящийся экран. Роман. Друг с самого детства. Не возьмёшь трубку — перезвонит раз двадцать, пока не выцарапает своё. — Алё, — выдохнул Игорь, рухнул в кресло и с блаженством стянул ботинки. Ноги гудели так, словно он весь день не капельницы ставил, а разгружал вагоны с щебнем. — Игорёха! Здорово! — голос Романа ударил по ушам, звонкий, как сигнализация во дворе...

— Рассчитайся, ты же мою карту заблокировала! — зло потребовал Роман, не стесняясь ни официантов, ни гостей. — Роман, ты чего сейчас устраиваешь? — Светлана медленно поставила бокал на стол так, будто фиксировала опасный груз. — Я твою карту не трогала. — Да ладно, не включай святую. У меня «отказ», понимаешь? Отказ! — он ткнул телефоном в воздух, как доказательством. — Ты же у нас умная, инженерша по безопасности… вот и обеспечь безопасность банкета. — Безопасность? — Светлана усмехнулась, но в этой усмешке не было ни капли веселья...