Контекст

Открою вам тайну: мое лицо на самом деле никакое! Из него можно лепить все что угодно, потому что в нем нет определенных черт. Мне от природы дано такое каучуковое лицо, из которого можно слепить все. В «Сибириаде» я играла буфетчицу, которая долго моталась по городам на теплоходах и через 20 лет такой жизни встретила первую любовь, Алексея, которого играл Никита Михалков. И вот из меня надо было сделать обветренную, побывавшую в долгом плавании буфетчицу. Гример мне сразу сказала: «Гримироваться не будем! Сделайте химию, чтобы быть без парика!» На следующий день у меня была прическа а-ля барашек. Прихожу на грим, а она смотрит на меня, вдруг кидает губку в землю и потом ею мне на лицо! Губы сделала потрескавшимися, лак на ногтях содрала. Я смотрю на себя в зеркало и понимаю, что все уже сыграно. Вся моя роль на лице! Людмила Гурченко

Мой учитель был очень строгим. Он всегда говорил мне, что я ничего не добьюсь в жизни, если не перестану шутить. И когда меня впервые напечатали на обложке журнала «People»… Я выслал ему экземпляр. (с) Мэттью Перри

«Каждый актер, по крайней мере мне известный, постоянно ждет точной оценки своей работы. Не похвалы (хотя и похвалы тоже), а той ответной реакции, по которой бы он мог убедиться, что понят... Не образ, который ты пытался сыграть, создать, а именно ты... Я хватаюсь за каждое слово обо мне: иногда начинаешь слишком острить и горевать на боль и оскорбления, поэтому от хорошего закрываешься, переходишь в глухую защиту и долгие дни перекатываешь каждое слово, как горячие угли, из ладошки в ладошку, пока не остынут, пока не привыкнешь. А иногда хочешь зацепиться за эти слова и не можешь, как будто о другом говорят». (с) Из дневника Виталия Соломина