Петля реинкарнаций

Предыдущая Глава ⬆️⬆️⬆️ В памяти вспыхнуло то стокилограммовое, грузное, неповоротливое тело, в котором он чувствовал себя замурованным заживо. Каждый взгляд прохожих казался плевком, каждый день — пыткой. Хроническая депрессия годами выжирала его изнутри, пока не довела до ручки. До того самого холодного, ветреного вечера. Кристиан снова почувствовал пальцами ледяные, ржавые перила моста. Внизу ревела темная вода, обещавшая избавление от бесконечного стыда и слабости. Один шаг вниз — и пустота...

Предыдущая Глава выше по ссылке ⬆️⬆️⬆️ Первые тридцать минут они беседовали втроем. В кабинете психотерапевта стоял полумрак. Артур Вэнс сидел в глубоком кресле, сохраняя безупречную, монолитную осанку. Он выглядел так, словно пришел не на прием, а на аудит проблемного филиала. Кристиан сжался рядом, пряча взгляд в пол и судорожно сминая пальцами дорогую ткань брюк. Его фантомный вес давил на плечи с удвоенной силой. — Я, признаться, в глубоком недоумении, доктор, — Артур Вэнс снисходительно развел руками...

Начало Предыдущая глава Свет софитов премиального амфитеатра «Генезис» резал глаза. Кристиан стоял за голографической трибуной, транслируя на весь мир безупречную, отцифрованную уверенность. Но его пальцы так яростно вцепились в край пластика, что побелели костяшки. ИИ-ассистент в ухе безупречно генерировал суфлерский текст, но Кристиан заикался. В этот момент его накрыло. Вспышки софитов превратились в миллионы оценивающих, сканирующих глаз. Максу казалось, что вся эта элитная публика видит его...

Предыдущая глава Золотая клетка мегаполиса сияла слишком ярко. Кристиану исполнилось семнадцать, и его жизнь состояла из безупречного глянца, закрытых вечеринок для элиты и лоска, от которого сводило челюсти. Его окружали люди со статусными улыбками, чьи био-модификации стоили дороже, чем весь тот старый квартал у реки, который Кристиан почему-то иногда видел во снах. Он стоял перед огромным живым зеркалом в гардеробной семейного пентхауса. Умная ткань смокинга автоматически сжалась, идеально подчеркивая его фигуру...

Депрессия поедала Макса изнутри медленно и методично, словно скрытый системный вирус. Она выжигала волю, оставляя вместо мыслей лишь серую, липкую панику. «Голос за кадром: „Клиническая депрессия у молодых людей в эпоху тотальной цифровизации часто маскируется под лень. Но это не лень. Это паралич воли. Когда человек из бедной среды видит в сети идеальные жизни сверстников, его мозг выключает дофаминовую систему. Зачем пытаться, если ты уже проиграл? Субъект оказывается заперт в ловушке выученной беспомощности“»...