Болтания: магическая философия

🦋Иногда блеск — это броня. Иногда страх — это трещинка внутри чтобы тебя любили не за фарфор…а за тепло — Опять он посмотрел на меня. Ты заметила? — шептала Чашечка, грациозно покачиваясь на блюдце, будто на балу. Зажимчик, сидевший рядом, чуть скрипнул пружинкой: — Ты уверена, что он смотрел не на Кувшин? — Ах ты, бездушный зажим! — всплеснула она. — Конечно, на меня! Я же вся — сияние, изящество, фарфор! Ну что ему Кувшин? Она обвела кухню взглядом и ненароком задержалась на Чайнике. Он стоял...

🦋— когда вечер пах лавандой и откровениями Вечер опустился на кухню мягко — будто скатерть на стол. Свет струился несмело: тонкая полоска под верхними ящиками отбрасывала тёплое свечение на плиту и чашки. Воздух был пропитан лавандой. Свеча, зажжённая Антеей с любовью, медленно источала аромат — для тех, кто умеет слушать тишину. Мы сидели вдвоём: я — на своём блюдечке, а Вафельница — с лёгким паром, поднимающимся от последней вафли...

🦋Заварка истины— в которой молчание становится ближе, чем слова — Ты знаешь… — сказала Чашечка, глядя на Ложкина. — Иногда молчание громче любого кипятка. Ложкин сидел рядом. Не касался её. Но отражался в гладкой поверхности фарфора — чуть дрожащим бликом. Он не блестел. Не звенел, как некоторые. Не искрился. Он просто был. Верный. Тёплый. И, как оказалось, — настоящий. Фарфоровая Чашечка ничего не говорила. Но внутри у неё чуть дрожала стенка — как вода перед закипанием. Он это чувствовал, но тщательно скрывал, словно боялся спугнуть её внутреннюю тишину...

🦋 Утро. Йога. И немного про фигуру — в котором посуда переосмысливает свои объёмы Раннее утро в Болтании начиналось с тишины. Антея стояла на лавандовом коврике в саду — в какой-то мудрёной позе. Её руки тянулись к небу, спина была пряма, дыхание — ровным. Птички щебетали, солнце только просыпалось. А на кухне уже начинались разговоры. — Смотри, как тянется, — прошептал Сеньор Батарейкин, выглядывая из-за окна. — А у меня вечно батарейки сдуваются к утру… — Ну так у тебя спина пластик, и оперативка забитая, а у неё нет! — хихикнула Вафельница...

🦋Ты — не сосуд, чтобы в тебя налили. Ты — ценность, чтобы тебя берегли. Утро было душистым: на кухне пахло мятой, засахаренными лимонами и… советами. Стеклянная Кружка сидела на краю столешницы, подперев своё прозрачное щёчко тоненькой ручкой, и вздыхала. Предметом её вздохов, как всегда, был Чайник — горячий, непредсказуемый и такой недосягаемый. Делала она это не громко — скорее звонко, с переливом, будто ветер прошёл по кристальной арфе. Внутри неё плавал ломтик лимона — как доказательство свежести и готовности к переменам...

Цикл миниатюр из Болтании 🦋Авторский цикл о том, как посуда тоже умеет любить, ждать и шептать над тёплым утром На кухне Болтании — свои разговоры. Они случаются не за столом, а раньше — когда вода ещё только греется, а лимон дремлет на блюдце. Эти беседы нельзя услышать, если торопишься. Их не записывают в рецептах. Они — между звоном стекла и тяжестью фарфора. Между Чайником, который всё чувствует, но молчит, и Кружкой, которая ещё только учится быть собой.Это главы о прозрачности и терпении...