СТРАНИЧКА ЮМОРА

ШУРИК Жил себе Шурик счастливый, Единственный мамин сынок, Капризный, немного ленивый, Набалованный, как итог. И тут заподозрил, что мама Решила сестру подарить, Для Шурика - это драма, Любовь мамы с кем-то делить. "Послушай, мамуль, ну ей-Богу, Собой заменю всех детей, Забудь ты в роддом дорогу, Есть я! Ну зачем дочерей?" А мама в ответ - улыбнулась, Прижала сыночка к себе: "Ты чувствуешь, Таська толкнулась? Сестричка уж рвется к тебе!" 3 дня жил без мамы Шурик, И Таську совсем не ждал, "Тем более все девчонки - Капризные...

Мамина знакомая, тётя Люда, всю жизнь работает на почте. Она рассказывала, что в декабре получают тысячи писем, адресованных Деду Морозу. Как правило, адрес отправителя аккуратно заполнен — с указанием города, улицы, квартиры, — а вот в графе «получатель» числится Дед Мороз без конкретного адреса. Иногда тётя Люда с коллегами открывали такие письма в обеденный перерыв и читали вслух пожелания детей. Одно из писем тронуло до глубины души. Автор письма — девочка Оля М., 7 лет. Она писала, что живёт со старенькой бабушкой: родители рано ушли из жизни...

СИДИТЕ ДОМА, ГОСПОДА! Сидите дома, Господа! И пусть закончилась еда, Долг за квартплату и кредит, Но царь велел! Одно твердит: Сидите дома, старики, И богачи и бедняки, У нас война, у нас беда, Коронавирус, Господа! Вещают днями напролет- Киркоров тяжело живет... Ну если звезды в нищете - Тогда МЫ глубоко на ДНЕ?! Нас обещали поддержать, И денег Россиянам дать... Так нет...сегодня не до нас - Дела есть поважней сейчас: От саранчи спасем ЮАР, Медпомощь странам - тоже в дар, Поможем всем! А мы - не в счет! Нам волонтер хлеб принесет! Сосед картошкой угостит...

Мама постоянно боролась с «синдромом Плюшкина» у папы. По выходным, когда затевалась генеральная уборка вселенского масштаба, открывались все потайные чемоданы, пакеты и сундуки. Мама проводила ревизию в надежде избавиться от хлама, а папа своё «добро» честно отстаивал. — Толь, ну зачем тебе эта кружка с фонариком? Где ты ей собрался светить? — Светуль, ну вдруг пробки у нас выбьют, а нам захочется чай попить… А у меня вот… кружка имеется… с фонариком… Ну пусть стоит, не трогай, пожалуйста. Надо уточнить, что папа — фонариковый фанатик...

Мой сын — пластилиновый мессия. При виде новой коробки его глаза загораются, как у кота, увидевшего лазерную указку. Он лепит. Не просто лепит — творит. Мультяшных героев, рыб с чешуёй, птиц с перьями, даже ёлочные игрушки, которые, кажется, вот-вот начнут петь хором. А однажды он создал подводный город — с осьминогом-мэром и акулой-полицейским. Я уже не знаю, где у нас квартира, а где выставка современного искусства. На его столе — зоны отчуждения. Не рабочее место, а пластилиновая Чернобыльская АЭС...

Когда-нибудь пойму, что я стара. Посыпется песок под хруст суставов... Вязать носки я буду до утра. И настрочу три тома мемуаров. Куплю себе я платьице в горох, Покрашу волосы в сиреневый оттенок. Пусть очень старый, но не злобный скоморох. Пойду в народ! Гулять под звон коленок! Налажу производство огурцов. В сортах пионов стану знатно разбираться. И во дворе всех сосчитаю подлецов! Буду учить их жить, а может быть и драться! Куплю себе тележку с колесом, И буду с ней гулять по всем аллеям. По тесным улочкам пройду в руках с котом...