Семейные отношения

Друзья, я возвращаюсь после долгого перерыва. Кофе в кружке с надписью «Best Mom» остыл еще два часа назад. По поверхности напитка пошла тонкая, неприятная пленка. Анна посмотрела на нее с тоской, но вставать с дивана не было сил. На руках у нее, наконец-то уснув, тяжело сопел шестимесячный Илюша. Левая рука затекла до покалывания, спина ныла тупой, привычной болью, которая стала ее спутницей с третьего триместра беременности. Тишина в квартире была обманчивой и хрупкой. Стоило Анне пошевелитьься, скрипнет диван, и сын откроет глаза, требуя внимания, укачивания, ношения на руках...

Светлана проснулась от голосов в коридоре. Белые стены родильного отделения, запах хлорки, звук шагов медсестер — все это казалось нереальным после трех дней в реанимации. Роды начались на восьмом месяце, неожиданно, когда она мыла полы в съемной комнате. — Как самочувствие? — спросила врач, заходя в палату с папкой документов. — А сын? Как мой сын? — первым делом спросила Светлана, пытаясь приподняться. — Ребенок в порядке. Вес маловат, но дышит сам. — Врач села на край кровати. — Светлана Николаевна, с вами хочет поговорить представитель органов опеки...

Ольга просыпалась каждое утро в половине седьмого. Заваривала кофе, садилась у окна гостиной и смотрела, как солнце пробивается сквозь ветви старой березы во дворе. В эти минуты дом был еще тихим — муж спал, свекровь тоже. Только она и утренний свет, проникающий в комнату и освещающий картину на стене. Картина была небольшой — пятьдесят на семьдесят сантиметров. Осенний пейзаж: золотые листья, тонкие стволы деревьев, вдалеке — туманная река. Простой, но пронзительный сюжет. Лена писала ее последней осенью своей жизни, за три месяца до того января, когда все оборвалось...

— Наташенька, а можно суп погорячее? — донесся голос свекрови из гостиной. — И хлеба белого добавь, пожалуйста. Наталья вздохнула и снова поставила кастрюлю на плиту. Третий раз за обед. Сначала суп оказался недосоленным, потом слишком жидким, теперь вот холодным. Галина Михайловна приехала к ним «на восстановление» после операции на коленном суставе месяц назад. И с первого дня превратила их трехкомнатную квартиру в филиал санатория, где Наталья играла роль персонала. — Мам, полегче с Наташей, — лениво бросил Олег, не отрываясь от телевизора...

Вера всегда считала эту квартиру своим спасением. Когда три года назад умерла бабушка, оставив ей двушку в новостройке, это было как подарок судьбы. Никаких кредитов, никакой зависимости от родителей или мужчин — просто свое жилье в хорошем районе. Она потратила полгода на ремонт, выбирая каждую деталь по своему вкусу. Светлые стены, минималистичная мебель, как из запретограма. Все функционально и красиво. Место, где можно работать, отдыхать, быть собой. Стас появился в ее жизни год спустя. Познакомились на работе — он делал сайт для их компании...

Олег смотрел на экран банковского приложения, подсчитывая цифры. Зарплата пришла на день раньше, чем ожидалось. Двадцать тысяч, половина зарплаты. Не много, но и не совсем мало для их крошечного города. Он привычно открыл раздел переводов и набрал номер маминого телефона. Десять тысяч рублей. Как всегда. Как делал последние четыре года, с тех пор, как начал работать. "Перевод выполнен успешно" — высветилось на экране. Алена кормила двухлетнего Тимура в соседней комнате, напевая что-то тихое. Ребенок капризничал, не хотел есть кашку...