Дореволюционная Россия

Главное, ради чего любители старины приезжают в Кимры, это архитектура русского модерна. Купцы, ремесленники и промышленники Мошкины, Лужины, Серепьевы, Теплов, Потапенко, Рыбкин и другие отстроили город по самой модной на рубеж 19-20 веков манере. Достаточно сказать, что в Гостином дворе, строившемся уже в ходе Первой мировой войны, стеклянную галерею на металлическом каркасе по образцу московского Пассажа проектировал сам Шухов. Увы, Торговые ряды и Гостиный двор, использовавшиеся по назначению ещё в 1970-е годы, сейчас пребывают в состоянии руин. Многие каменные и деревянные дома в Кимрах также далеко не в лучшем состоянии. Возвышавшийся над стрелкой речки Кимрки и Волги Покровский собор был взорван в 1936 году, а на его месте построили Театр драмы и комедии. В Ярославле аналогичный храм на стрелке Которосли и Волги возвели заново. Как и Храм Христа Спасителя в Москве на месте советского бассейна. Стоит ли так поступать в Кимрах? Вряд ли. Театр вполне достойный, да и само здание уже тоже памятник советского конструктивизма. Впрочем, в Москве некоторых деятелей это не останавливает от планов сноса Шуховской телебашни. Как ещё горько иронизировал сатирик Задорнов: храм, бассейн, храм, бассейн...

Любители советской эпохи помнят, каким ценным дефицитом в эпоху застоя считались женские сапоги на модном каблуке. Обычно все гонялись за такой продукцией из стран соцлагеря Восточной Европы: Чехословакии, Польши, Румынии, Югославии... (Кстати, польки традиционно обожают модную обувь). В Кимрах также в дореволюционное и советское время изготавливали обувь для модниц. Но у России, как известно, своя стезя. Значительная, если не основная часть продукции и соответственно денег за нее приходились на заказы на армейские сапоги.

Раскопки археологов показали, что изготовление кожевенной и плетёной обуви в районе Кимр и соседних районах нынешней Тверской области велось с 14 века как минимум. Будь это где нибудь в Италии, вся область стала бы центром высокопроизводительной и высокоприбыльной модной индустрии. Но в России тоже были свои Сальваторе Феррагамо, хоть и не такие известные. Многие ремесленники-кустари и продавцы обуви из Кимр и Корчевы поставляли свою продукцию в Москву и Питер, некоторые даже переезжали в столицу, как те же Брусницыны. Тверское землячество в Питере было хорошо известно, хотя тверичи в большей мере шли рабочими на заводы, чем вели собственный бизнес, в отличие от соседей ярославцев. В советское время в Кимрах работала обувная фабрика "Красная звезда". Формально она и сейчас есть. Но, судя по всему, тут такая же история, как с фарфорово-фаянсовым заводом в Конаково или со стекольным заводом в Гусь-Хрустальном. Производство фактически кустарное, небольшое, и по цене продукция дороже китайской. А премиальный сегмент su misura (индпошив), как у итальянцев, сейчас слишком дорогое удовольствие, хотя до революции почти все так и работали.

Очевидно, главное украшение любого волжского города - это набережная и виды на реку. Кимры не исключение. В этом смысле больше всего повезло Тутаеву (Романов-Борисоглебск), который изображен на многих картинах Кустодиева, и Ярославлю, где снимались многие советские фильмы, такие как "Женщины" или "Большая перемена". Не говоря о Плесе, чей образ запечатлен на полотнах Левитана. Художники и киношники не зря так любили старинные волжские городки. Они отличаются редким сочетанием умиротворения и величия, которое несёт с собой великая русская река, и бойкой торговой жизни, которая тяготела к речным путям. В словах ее описал Гиляровский, одно время работавший портовым грузчиком в столице бурлаков - Рыбинске. Ну а Кимры - волжская столица деревянного модерна.

Хотя Кимры - старинный (известен как минимум с 16 века) и некогда зажиточный городок, его современное состояние лучше всего характеризуют, пожалуй, эти два вида. Статуя Ленина на главной площади на фоне полуразрушенного Гостиного двора и "Лада седан баклажан" на фоне покосившихся деревянных домиков. Несмотря на статус села в дореволюционное время, Кимры по количеству жителей и каменных домов превосходили местный уездный город Тверской губернии - Корчеву раза в три. Дело в том, что уже лет 300-400 назад местные крестьяне поняли, что трудно прожить на местных неплодородных болотистых почвах и стали заниматься сапожным промыслом. Причем весьма успешно. Брусницыны родом из Корчевы вовсе построили в Петербурге большой обувной завод и шикарный особняк при нем и стали дворянами. Краснокирпичный Гостиный двор в Кимрах был построен к Первой мировой войне и наглядно отражал зажиточность ремесленно-торгового городка. Однако после установления советской власти многих местных кустарей, которых ещё сам Ленин приводил в качестве примера рассеянной мануфактуры, посчитали кулаками. Для них было только два варианта: 10 лет заключения или расстрел. Сапожников победней использовали в качестве рабочих на большой обувной фабрике "Красная звезда". После 1990-х город впал в нынешнее состояние, одно время Кимры были даже известны как наркоманская столица Верхней Волги. Попытки возрождения делаются, но в целом ситуация аховая. Гостиный двор пробовал восстановить частный инвестор, но увы. Экономический центр находится на другом берегу Волги, где на месте древнего села Савелово работает крупный машиностроительный завод. В целом, городок интересный, но не особо уютный. Особенно на фоне соседнего благоустроенного наукограда Дубны. По общему настрою Кимры это явно не Коломна, а скорее что то вроде Серпухова. Но посмотреть стоит. Правда, стиль вождения многих местных водителей реально, как из той песни: "сквозь гиперпространство лечу в Теплый стан".