Никита и Лиза. Отношения с абьюзером.

Саня, наш общий друг, ставший мне и жилеткой, и собутыльником в эти годы отсутствия Лизы, приехал однажды и сообщил: - Лизка вышла замуж. - Откуда знаешь? - Она сама рассказала. Мы же общаемся периодически. Забеременела и выходит вот... - Ясно. - Ник, это было предсказуемо. Ты всё до сих пор о ней думаешь? А Аня? С Аней я познакомился 2 года назад на работе. Очень милая в общении и красивая внешне, она была скромной и невероятно серьёзной. Через полгода после первого похода в кино мы начали жить вместе...

«У меня внутри выжженное поле» написал я в своём дневнике тем вечером, страшно ошибаясь. То было только начало - я всё ещё мог позвонить, чтобы услышать голос, написать сообщение, отправить письмо, приехать к её общежитию, чтобы перехватить её между парами и работой, я мог понемногу отслеживать её жизнь в социальной сети. Эти возможности я старался использовать, но Лизка ни в какую не поддавалась на просьбы и уговоры. Она не брала трубки, не отвечала ни на одно письмо - я даже не имел понятия - читает она их или молча выбрасывает...

И, конечно, это всë я сделал сам. Из-за моей вечной неуверенности в еë чувствах, из-за ревности к еë жизни во время моей службы в армии. Я расспрашивал, давил, угнетал, не понимая, как сильно я еë оскорбляю, заставляя оправдываться. А Лизка была человеком гордым и прямым. Начало истории тут Очень постепенно наше весёлое и умиротворённое время превращалось в напряжённое и нервное. Раньше было много удивительных моментов, которые складывались в одну счастливую жизнь. Я просыпался рано утром и исподтишка смотрел, как Лизка отглаживает мой китель и старается на брюках не нарушить стрелки...

Все любящие люди говорят об объектах своей привязанности, что они необыкновенные. Я стараюсь быть непредвзятым - Лизка была вся слова соткана из «необыкновенностей». Ей было 19 лет, она носила короткие платьица и красила губы бордовой помадой, при этом усаживалась в метро, расплющивала под ладошкой книгу и погружалась в чтение самого неподходящего для еë возраста и вида «ЦРУ против ГРУ» или ещё того хуже - истории о первой чеченской кампании. Начало истории тут Я был одновременно горд и смущëн каждый раз, когда проходящие мужчины останавливали на Лизке свой взгляд или оборачивались ей в след...

Я написал ей, и она согласилась встретиться. Москва, какое-то кафе. Лизка пьëт кофе и сверлит меня взглядом. Недовольна и рассержена, словно кошка, которую потревожили во время сна. Начало истории тут Я счастлив, что вижу еë и, наверное, даже смогу дотронуться до Лизкиной руки, когда она станет чуть более умиротворённой. Я настолько рад моменту, что люди, снующие около нас и задевающие мой стул, вызывают лютую злость за то, что мне приходится отрывать взгляд от еë лица. - Ты какой-то напряжëнный...

С той зимней ночи я ясно запомнил одно - пальцы у Лизы всегда холодные, а губы, которыми она прикоснулась к моей щеке, горячие. Эта встреча с ней совершенно сбила меня с толку. Я не очень-то верил в любовь - её в моей жизни было слишком мало. Даже к матери я испытывал, скорее, чувство жалости. Она частенько приносила мне с работы книги, за это я всегда был ей благодарен - читать я очень любил. В юношеском возрасте, конечно, читал про любовь. Но тогда мне казалось, что авторы намерено напускают пафоса и тумана, ради красного словца...