ДЕПРЕССИЯ, АПАТИЯ - симптомы, причины и лечение

Её звали как меня - Ольга, но в последние два года ее также звали по-другому - «дочка, сделай» и «дочка, подай». Маме после инсульта требовалась помощь в мелочах, из которых и состоял каждый её день: накормить, перевернуть, подать лекарство, снова поднять, помочь умыться. Ольга работала на полставки, чтобы успевать, бросила встречи с подругами, а потом перестала и высыпаться. А однажды утром она услышала, как мама позвала её снова, и почувствовала, как внутри что-то сжалось и закричало: «Опять»....

Пожилая женщина лет 65 перевела сыну почти все накопленное за жизнь и осталась только с небольшой пенсией. Когда я спросила ее зачем, она ответила: «Так спокойнее. Хоть не забудут меня если что». Если вы хотя бы раз слышали это «хоть не забудут», то знайте, что за ним стоит то, о чём не принято говорить вслух: страх остаться ненужной. И чтобы заглушить его, многие отдают взрослым детям то, что самим нужно для жизни. Психологи называют это по-разному - стирание границ, покупка любви, зависимые отношения...

- Ну почему ты не пьёшь таблетки, мама? - Дочка, они мне на сердце давят. Три года этот разговор звучал вот так почти дословно, и каждый раз дочь выходила из кухни с одной и той же мыслью: ну как ей объяснить, что это важно?! Она объясняла снова и снова. Показывала статьи, водила к кардиологу, просила, ругалась и плакала. А мама прятала таблетки в шкафчик, говорила «да я пью», и в тот день, когда дочь не выдержала и сказала «ты вообще думаешь о нас?», мама спросила в ответ: а ты помнишь, что я тебе...

«Когда я переехала к дочери, мне казалось, что я делаю правильный шаг. Я продала свою квартиру, чтобы помочь им с ипотекой. Я думала, что мы будем жить одной большой семьёй. Но через три месяца я поняла, что я больше не хозяйка своей жизни. Мои советы воспринимаются как критика, а моя помощь как вмешательство. Я стала чувствовать себя чужой в доме, который помогала покупать. Я люблю свою дочь, но иногда чувствую, что мне здесь больше не место». Это рассказ моей клиентки, 67 лет, которая пришла ко мне в душевном состоянии близком к депрессии...

Знакомая картина? Пятница, вечер, вы полны планов, сил и предвкушения. Суббота и воскресенье пролетают в попытках отдохнуть, выспаться, наконец-то побыть собой. А в понедельник утром вы чувствуете себя так, будто не отдыхали, а разгружали вагоны. Голова тяжёлая, мысли вязкие, а до настоящей рабочей формы как до Луны пешком. И самое обидное: вам нужно ещё два дня, чтобы прийти в себя после выходных. Парадокс? Только на первый взгляд. За этим стоя́т вполне конкретные механизмы - нейробиологические, психологические и физиологические...

Такие пациенты с абсолютной, непоколебимой уверенностью говорят: «Я разрушил жизнь своих близких», «Из-за меня случилась эта катастрофа», «Я не заслуживаю ничего, кроме наказания»? И при этом никаких объективных причин для такого самообвинения нет. Вот такое не просто «сильное чувство вины» называется бредом вины или бредовой виной. В отличие от невротической вины, которая возникает в ответ на реальный или воображаемый проступок и поддаётся коррекции через логику, бредовая вина - это патологическое убеждение, которое не поддаётся никакому переубеждению...