Интересные истории

— По-моему, ты загостилась — сказала я сестре после двух месяцев безделья в моей квартире. Юля стояла у окна со своей вечной чашкой чая. Даже не обернулась. Только шарф поправила на шее. Этот дурацкий шарф она не снимала даже дома. Когда она приехала в августе, я обрадовалась. Честно обрадовалась. — Надюша! — Юля обняла меня на пороге, пахнуло её духами, которыми она пользовалась ещё в институте. — Соскучилась безумно! — Проходи, проходи. Сколько будешь? — Неделю, может, две. Взяла отпуск. Я помогла ей занести сумки...

Марина приезжала на кладбище каждое воскресенье. Ровно в десять утра. Уже полтора года, как по расписанию. Сначала заходила в цветочный магазинчик у входа, покупала белые гвоздики. Всегда белые. Костя любил белый цвет. Говорил, что в нём есть что-то настоящее, честное. Марина тогда смеялась: «Ты же инженер, а рассуждаешь как поэт». Он улыбался и пожимал плечами. Теперь она покупала гвоздики молча, и продавщица уже не спрашивала, какие. Просто заворачивала цветы в хрустящую бумагу и протягивала через прилавок...

Ира услышала эти слова, стоя за дверью гостиной. Опираясь на костыли, она замерла, не в силах сделать ни шага. Голос мужа Сергея, с которым она прожила пять лет — звучал холодно и решительно. — Мне, молодому, здоровая жена нужна, а эту забирайте обратно! Её мама, Татьяна Петровна, ответила срывающимся голосом: — Сергей... как ты можешь? Она твоя жена! Вы вместе пережили столько... — Пережили? — он усмехнулся. — Это было до аварии. Теперь всё изменилось. Я не собираюсь тратить молодость на инвалида...

– Это моя дача, и в этом месте будут мои порядки! – поставила я сноху на место. Она замерла с лопатой в руках. Андрей отвернулся к забору. Дети притихли. А я вдруг поняла: сказала то, что нельзя было говорить. Но разве я не права? Это ведь действительно моя дача. Геннадий и я строили её тридцать лет назад. Своими руками. Каждый гвоздь, каждую доску. Он сам копал колодец, я красила веранду. Здесь всё пропитано нами. И теперь Юлька решила, что может взять и переделать всё по-своему? Нет уж. Не выйдет...

Лена стояла на пороге квартиры будущей свекрови и чувствовала, как ладони становятся влажными. Она сжимала в руках папку с документами. Волновалась. — Проходи, проходи — Людмила Георгиевна отступила в сторону, пропуская девушку в прихожую. — Что-то случилось? Ты какая-то бледная. Лена сняла туфли, прошла в гостиную и положила папку на журнальный столик. Она не знала, как начать этот разговор. Как объяснить то, что даже сама себе не могла толком объяснить. — Людмила Георгиевна, я... мне нужен ваш совет — голос дрожал предательски...

— Иди выметайся, раз такая смелая! — рявкнул муж, даже не оторвавшись от телевизора. Марина застыла посреди комнаты. Сердце бешено билось. Она ждала... чего? Извинений? Того, что он обернётся? Скажет, что не всерьёз? Ничего. Только синеватый свет экрана на его лице и этот противный звук… Футбольные комментаторы орали о каком-то пенальти. А она стояла и чего-то ждала... Боже, а чего вообще? — Серёж... — Дверь вон там — ткнул он пальцем, не глядя. — Или что-то забыла? Что-то внутри щёлкнуло. Как тумблер...