30-45

Мы сидели в соседних кабинках. Вместе обедали, вместе бежали с корпоративов, вместе ненавидели понедельники. Я знал, как зовут его кота и что у жены опять истерика из-за ремонта. Он был моим другом. Не «коллегой, с которым выпиваем», а настоящим — из тех, кому можно позвонить в два ночи...

В первый год брака мы чуть не развелись из-за шаурмы. Я купил шаурму без спроса. Жена сказала: «Мы планировали ужин дома! Это лишние 250 рублей!» Я ответил: «Ты контролируешь каждый мой шаг!» Мы не развелись...

До 30 лет я был уверен: инвестиции — это для тех, у кого есть лишний час в день перерисовывать японские свечи и читать новости с ФРС. У меня этого часа не было. Была работа, семья, ипотека и желание поспать...

В тот вторник ничего особенного не случилось. Я вернулся с работы. Загрузил посудомойку. Помог с уроками. Ответил на три рабочих чата в вотсапе. Подошёл к кофеварке. Нажал кнопку. Она тихо щёлкнула — и всё. И я сел на пол. Прямо в куртке. И заплакал. Не из-за денег на ремонт. Не из-за того, что утром без кофе. А потому что это был последний щелчок. Ещё одна неисправность, которую надо чинить. Ещё одна задача в списке, который не кончается никогда. Жена испугалась. Дети заглядывали из комнаты. А я сидел и не мог объяснить: я не из-за кофеварки...

Раньше я жил в режиме «доживу до пятницы». В будни — работа, дети, вопросы, список дел длиной в жизнь. В воскресенье вечером — тяжесть в груди от мысли, что «я опять ничего не успел для себя». Книги пылились...