Четырнадцать поводков

Телефон зазвонил в два сорок ночи. — Оксана… — сказал Саша и замолчал. Дышал он в трубку тяжело, как будто бежал. — Белый ушёл. Белым у Саши был Снежок, белая швейцарская овчарка: клички мой муж не запоминал. Неделю назад, по мировому, я отдала ему свою передержку собак целиком, хотя судился он со мной за половину. Перед самым Новым годом к нему за реку уехали вольеры, тетрадь и четырнадцать чужих собак. А мороз стоял под тридцать. Я села на кровати. Легла я в первом часу, не раздеваясь, и даже, кажется, задремала...

Остаться без своего дела можно за час. Рецепт проверенный. Пусть муж подаст на развод, потребует через суд половину вашей передержки, полтора миллиона, и арестует карту, где лежат чужие деньги за новогодних собак. А вы берите тетрадь, выписку из банка и идите к судье одна: дальше муж всё скажет сам. — Оксана Петровна? Проходите, — секретарь выглянула в коридор ровно в два. Было это прошлой зимой, двадцать четвёртого декабря. С утра валил мокрый снег, на скамейках в коридоре районного суда сохли чужие куртки, и с рукавов капало на линолеум...

Муж думал, что у меня во дворе миллионы. — Оксана Петровна, не проходит, — кассирша развернула ко мне терминал. — Пишет: отказ. У меня в кармане тренькнул телефон. Банк сообщал причину: арест. Миллионов у меня во дворе не было. Было шесть вольеров и кастрюля каши на сорок литров. А на карте, которую мне не пробили, лежали сорок шесть тысяч чужих денег: хозяева заранее заплатили за собак, которых должны были привезти ко мне на Новый год. Это было прошлой зимой, одиннадцатого декабря, в магазине кормов у переезда...