Лучшие истории по мнению читателей

— Я считаю, что завещание было составлено под давлением, и я, как родной брат покойного, имею право претендовать на долю в наследстве, — заявил дядя Олег, брат моего покойного отца, на первом судебном заседании, куда меня вызвали как ответчика. Я смотрела на него и не понимала, как родной дядя, с которым у нас были тёплые отношения всю мою жизнь, мог подать иск против меня после смерти моих родителей. Мама умерла два года назад, папа — полгода назад. Дом, в котором я выросла, по завещанию полностью отходил мне, единственной дочери...

Повестка пришла спустя три года после нашего развода — я уже почти забыла, что когда-то была замужем за Виктором, настолько отдалилась наша жизнь друг от друга после расставания. Исковое заявление: Виктор требует признать за ним право на долю в моём бизнесе — небольшой студии дизайна интерьеров, которую я открыла через год после развода, — ссылаясь на то, что он, по его утверждению, помогал мне финансово в первый год становления бизнеса, и эта помощь должна быть компенсирована долей. Сумма требования...

— Анна Сергеевна, мы получили три жалобы на качество вашего обслуживания за последний месяц, — сказал директор салона красоты, где я работаю старшим мастером, Сергей Витальевич, разложив передо мной распечатки обращений. — Это серьёзно, при повторении придётся рассмотреть вопрос о вашем дальнейшем пребывании в коллективе. Я читала эти жалобы и не узнавала в них ни одной реальной ситуации. «Мастер опоздала на сорок минут без предупреждения» — у меня не было ни одного такого случая, я веду строгий учёт записи...

Повестку в суд я получила в обычный вторник — заказное письмо, исковое заявление от Кристины, моей двоюродной сестры. Предмет иска: признание недействительной дарственной на квартиру, которую бабушка оформила на меня два года назад. Обоснование: «даритель на момент совершения сделки не была способна понимать значение своих действий». Бабушке Антонине Васильевне сейчас восемьдесят три года. Она жива, в целом бодра для своего возраста, узнаёт всех родных, ведёт быт самостоятельно — с моей помощью, я навещаю её три раза в неделю...

— Ксюш, ты ведь знаешь, что я поддерживаю один фонд помощи детям? — сказал Игорь несколько лет назад, когда мы говорили об общем бюджете. — Небольшие суммы, раз в квартал. Я давно это делаю, ещё до нас. Я сказала — конечно, это хорошо. Больше мы к этой теме не возвращались. Я не следила за конкретными суммами — у нас был совместный счёт, но я не проверяла каждую строку расходов. Доверяла. Три недели назад я заказывала справку о доходах для нового кредита. Банк прислал расширенную выписку — за пять лет, каждая транзакция...

— Ниночка, ты же понимаешь, что Артём у нас человек особенный, — сказала Валентина Ивановна за новогодним столом, когда мы были вместе уже пять лет. — Не каждая женщина для него подходит. Временное — оно временное и есть. Все сделали вид, что не слышали. Артём смотрел в тарелку. Я улыбнулась и налила себе шампанского. Тогда я думала, что это просто слова. Потом поняла — это была политика. Мы познакомились в тридцать два. Артём — единственный сын, любимец, поздний ребёнок. Валентина Ивановна вложила...