Книга «Быдло». Дмитрий Куприянов

Мне гадко от мысли, что эта телка меня отвергла. Ведь я, так надеялся и, казалось, все уже будет. Мне не понятно от чего она состроила из себя такую недотрогу и королеву. Ведь я все равно знаю, что она из себя представляет. Минут через 20 я оказываюсь возле дома Аскольда (своего знакомого) и решаю зайти. Меня встречают с мокрым полотенцем на голове и с криком: «Ооооо, ух ты, кого я вижу»! Я отвечаю ему: «Аскольд, здорова парниша»! В растерянности от такого приветствия, которого я совсем не ожидал, я прохожу в комнату, смотрю на Жанну Фриске и жду, пока этот кабан высушит голову...

Я сижу на своей кухне с полным отсутствием настроения. Ем плов с сосиской, заедаю это солеными огурцом и помидорами. Рядом сидят мама с папой, тоже без настроения. Мама, что-то рассказывает про то, что у нее случилось на работе. Мы все это внимательно и молчаливо выслушиваем. Мне как-то херово от этого. (Не дело такому лбу сидеть у нее на шее). И думаю с завтрашнего дня заняться поиском работы. Еще, мне неуютно рядом с ними. Мне надоедает ее разговор. (Она постоянно говорит о херне, которая для меня не имеет ни малейшего значения)...

Я закуриваю и смотрю на ночной город. Думаю про то, как мне стать счастливым, и о том, что мне для этого нужно. Еще не могу поверить в то, что ни разу не испытал этого чувства. Чего-то настоящего и высокого. Не того, о чем говорил Павлик: как он кувыркался с тремя телками, или, про то, как нажрался и мог разбиться на машине, что не могло ему не запомниться. А чего-то другого. Мне не понятно. Неужели, все, что со мной было - это просто так. В никуда. Я думаю, почему мне в голову не пришло сказать напарнику о какой-нибудь херне, что мне как-то запомнилась...

Ранним утром меня будит Павлик и сразу сует мне таблетки. Я проглатываю две, смотрю на него злыми глазами. Не понимаю - зачем он меня разбудил и где я нахожусь. Он говорит мне про то, что может докинуть меня до дома. А потом ржет, видимо, над моей спящей и свинячьей рожей. На что я отвечаю кивками головы и мычанием. А сам так зол на него и на свою голову, которая сильно болит, что не могу ничего понять. Я приподнимаюсь и сажусь на кровать. В коридоре вижу какого-то урода. Потом вижу, как к нему подходит напарник...

Через 4 часа я, вооружившись пластмассовой вилкой ковыряю все, что нахожу у себя в тарелке. Чувствую, что есть мне не охота. Потому не понимаю, куда девать оставшиеся 2 пельменя и зеленый горошек. Хочу при этом, хоть и не понимаю зачем - вынуть мясо из теста и затолкать туда горошек. Мне кажется, что так и должно быть. Я ковыряюсь так, не знаю сколько времени, но довольно долго. Потом, сделав, наконец это, я успокаиваюсь. Поднимаю глаза – вижу, что напарник стучит по телефону, а Леша, с опрокинутой набок головой, практически спит...

Я очень быстро оказываюсь дома. Ни о чем не думаю. Потому что чувствую перед собой какую-то стену. И все то, о чем я постоянно думаю, мне кажется неважным. Потому что это ни к чему не приводило. С подавленным настроением и очень неохотно я обедаю пельменями, которые нашел в холодильнике. Без соуса, а просто с соленой водой из кастрюли. Потому что в магазин идти не охота. После обеда я курю. А потом не знаю чем заняться. Залезаю в чат и пишусь с какой-то закомплексованной телкой. Так проходит часа 4...