В тени ревности.

Глава 18: Новый мир Следующий день в больнице начался для Кати не с привычного чувства опустошенности, а с тихого, почти невесомого удивления. Она лежала на больничной койке, а рядом, в прозрачной люльке, спал ее сын. Его крошечная грудка равномерно поднималась и опускалась, а кулачки были сжаты, будто даже во сне он был готов к бою. Катя не могла оторвать от него глаз. Каждый его вздох, каждое шевеление отзывалось в ней эхом такой всепоглощающей нежности, что ей казалось, ее сердце вот-вот разорвется от переполнявших ее чувств...

Глава 17: Внезапное счастье День прошел в туманной полудреме. Катя лежала на своей койке в общежитии, прислушиваясь к привычным звукам за стеной — смеху, музыке, спорам однокурсников. Но все это доносилось до нее как из другого измерения. Она была отрезана от мира стеной собственного горя и физического изнеможения. Слезы, казалось, высохли, оставив после себя лишь тяжесть и пустоту под ложечкой. Начало тут... Предыдущая глава... Вечером вернулись соседки по комнате — веселые, полные новостей. — Кать, а ты чего на пары не пришла? Заболела? — спросила одна из них, Оля...

Глава 16: Убежище Катя приехала к родительскому дому, едва держась на ногах. Ноги были ватными, в ушах стоял оглушительный звон, а внутри — ледяная, зияющая пустота. Дверь открыла мама, Валентина Николаевна. Увидев дочь — бледную, с заплаканными, опухшими глазами и сжимающую в оцепеневших пальцах ручку дорожной сумки, — она не стала задавать вопросов. Она просто распахнула объятия. И Катя рухнула в них, как подкошенная. Все ее мужество, вся собранность, что держали ее в автобусе, испарились, оставив лишь бездонную, детскую потребность в защите...

Глава 15: Побег Как только за Артемом и его матерью закрылась входная дверь, в квартире воцарилась гробовая тишина. Но для Кати это была не тишина покоя, а звенящая, давящая пустота, в которой снова и снова звучали слова свекрови: «Взяли без всякого... Беременную... Тут живешь – и на том спасибо». Катя сидела на краю своей кровати, обхватив себя за плечи, но дрожь пробирала ее изнутри, неумолимая и леденящая. Слезы давно высохли, оставив после себя лишь стянутую, соленую кожу на щеках и тяжелый камень на душе...

Глава 14: День, когда рухнул мир Конец января. За окном стоял тот особенный, неподвижный и молочно-белый холод, который бывает только в самую глухую пору зимы. Катя, получившая в техникуме свободное посещение, наслаждалась редким утром, когда не нужно было никуда спешить. До родов оставалось чуть больше месяца, и эти последние недели она старалась провести в спокойствии, читая книги о материнстве и прислушиваясь к шевелениям своего сына. В квартире царила утренняя тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов на кухне...

Глава 13: Первая зима Жизнь, как широкая, неторопливая река, потекла своим чередом, обтекая подводные камни обид и невысказанных претензий. Катя привыкла к новому ритму: учеба в техникуме в соседнем городе, регулярные визиты к врачу, где ей с улыбкой подтверждали, что беременность протекает прекрасно, и возвращение в ставшую уже привычной квартиру свекрови. Она научилась существовать в одном пространстве с Элаидой Александровной, выработав нечто вроде внутреннего иммунитета к ее колким замечаниям, которые, впрочем, стали реже и приобрели более завуалированную форму...