Архивариус Апокалипсиса

Катер-кнопка отчалил от серой коробки ГлавКОРа и взял курс на сектор, где располагалась Планета Роботов-9. За иллюминатором проплывали звёзды — миллионы и миллионы огней, каждый из которых мог быть чьим-то солнцем, чьей-то планетой, чьей-то жизнью. Кай сидел в кресле пилота и задумчиво смотрел на них, попивая кофе из термоса. Кофе был дешёвый, отдавал пластмассой, но выбора не было — экономия. — Слушай, — сказала Зита, развалившись в соседнем кресле и болтая ногой. — А может, ну его, этот долг? Объявим себя банкротами, и всё...

Катер мягко пристыковался к серой коробке ГлавКОРа. После всех приключений на Некросе-7 даже привычный серый офис казался Каю родным и уютным. Он с нежностью погладил портфель с отчётами, проверил, все ли печати на месте, и вышел в транспортный отсек. Зита потянулась, хрустнув суставами (у техногенных рас это звучало как лёгкий электромагнитный разряд, сопровождаемый слабым потрескиванием), и довольно улыбнулась. — Ну что, — сказала она, — теперь отчёты сдавать? Или сначала кофе? Я бы выпила чего-нибудь горяченького...

Катер мчался сквозь звёздную пустоту со скоростью, которую даже опытные пилоты называли «бешеной», хотя на самом деле это была стандартная крейсерская скорость модели К-37, просто Зита любила жать на все кнопки подряд, проверяя их на прочность. В иллюминаторе проплывали галактики, туманности и скопления звёзд, иногда мелькали автоматические станции подзарядки и один раз — огромный космический кит, который лениво помахал хвостом и скрылся в облаке космической пыли, даже не поинтересовавшись документами...

Пётр Иванович тем временем уже развернул на ближайшем ящике импровизированный рабочий стол и разложил бумаги. Действовал он с хирургической точностью человека, который тридцать лет наводит порядок в самом сложном организме города — в метро. Хаоситы стояли в шеренге, понурив головы и изредка всхлипывая. Моргор замер в углу, стараясь занимать как можно меньше места, что у демона получалось плохо — щупальца всё равно торчали во все стороны. Кай и Зита переглянулись. — Пётр Иванович, — осторожно начал Кай, присаживаясь на корточки и начиная заполнять форму на колене (портфель служил столом)...

Портал выбросил их в кромешную темноту, пахнущую сыростью, металлом и ещё чем-то неуловимо знакомым — кажется, так пахнет старых бумаг, только если бы бумаги хранились в подвале тысячу лет. Кай приземлился на что-то мягкое, что оказалось Зитой, которая, в свою очередь, приземлилась на что-то твёрдое, что оказалось древним рельсом, покрытым слоем вековой пыли и неизвестного происхождения пятнами. — Ай, — сказала Зита. — Кажется, я сломала не только копчик, но и самооценку. Падать на рельсы в первый же день командировки — это новый антирекорд...

Корабль хаоситов внутри оказался ещё более хаотичным, чем снаружи. Коридоры петляли так, будто их проектировал пьяный крот с высшим архитектурным образованием. Стены были увешаны плакатами: «Долой форму Ф-7!», «Свободу документам!», «Печать — в утиль!», «Не дай себя опечатать!», а также более странными воззваниями вроде «Долой гравитацию — даёшь левитацию!» и «Хватит кормить бюрократов — кормите демонов!». Под ногами путались провода, из вентиляции доносился странный писк, а в одной из комнат кто-то...