Сергей Асташко

1 июля 2019 года в Баренцевом море в российских территориальных водах на научно-исследовательском глубоководном аппарате произошел пожар, в результате которого погибли 14 моряков. Среди них – семь капитанов первого ранга, двое из которых Герои России, три капитана второго ранга, два капитана третьего ранга, капитан-лейтенант и подполковник медицинской службы. Сослуживцы Сергея Асташко. Это стихотворение к скорбной дате. Посреди круговерти непрожитых будней, Навсегда пополам календарь разрубив, Такой летний, июльский, такой неуютный День… Изломанный негатив...

Весна нагая спит в лесной постели… Как непорочно дышит её грудь! Всю ночь туман рисует акварели, Всю ночь ему не хочется уснуть. Она полна предчувствий и мечтаний, Ей так идёт зелёный пеньюар, И звон росы, и запах хвои пряный, И перистый заоблачный муар. Но вот проснулась. Акварели нежны, Полувоздушны, ветрены, легки. Движением руки - слегка небрежно, - Поправит васильковые венки И побежит в зарю, за окоёмы, Быстрей ручьёв, быстрее лёта птах, Касаясь поцелуем невесомым Струны любви в разбуженных сердцах...

Заблудился мой сон посреди заполярной метели, Где года, автономки и чайки над нами летели, Где и в холод, и в зной ты ждала нас у пирса всегда. Не вернуться сюда - горемычное время такое, - И на флага подъём мне теперь не подвыровнять строя Никогда уж теперь. Никогда, никогда, никогда… Буду помнить, как волны стучали в пустые-пустые шпигаты И как ветры шальные играли нам фуги-сонаты, И как летнее солнце пыталось хотя бы немного уснуть. Заблудился мой сон посреди заполярной метели, Где-то там на краю запорошенной снегом Оленьей...

Здравствуй, Саша! Собрались недавно братья-гидронавты... Ну и передёрнуло-переклинило меня немного. В общем, высылаю тебе. Сергей Натянутой струной дрожит И, задевая винт, звенит Земной меридиан. За каждым промахом следит Но, как всегда, слегка сердит Полярный океан. Мы помним, как на брудершафт, Соединяя - «гидро-» «-навт», Мы пили его кровь. И он, на время покорясь И подтверждая нашу связь, Лил воду до краёв. Мы слепо верили ему, А он пускал нас в глубину Не раз, не два, не три. Мы чашу пили с ним всегда, Но красной та была вода...

Февраль-художник вновь зазвал На вернисаж своих полотен И мы идём из зала в зал, В руке - шампанского бокал, Февраль чуть пьян и беззаботен. Елагин как гофмейстер, бдит За церемонией и чином И по аллеям тень бежит, Снежинка на концах дрожит Ресниц, блестя аквамарином… Свечей вечерних мягок свет, Прозрачны платья у деревьев. Танцует парк свой менуэт И не жалеет строф поэт, Слагая оду Водолею...