Рассказы 400-тысячники

— Ты что? У тебя квартира, а ты на съёмной живёшь! — А что я могу поделать? — ответила Олеся вопросом на вопрос. — Надо бороться! — Как ты себе это представляешь? — спросила девушка. — Я помогу тебе! Положись на меня, — сказал Олег и обнял Олесю за плечи. Она с благодарностью прижалась к нему и подумала о том, что теперь действительно не нужно всё решать самой. Теперь у неё есть Олег. *** «Мама… мамочка… Почему так случилось? Почему?» — вот уже два часа только эти слова были в голове несчастной Олеси...

— Чтобы завтра её тут не было! Не знаю, как ты это сделаешь! Мне всё равно. Увези её куда-нибудь, по тихому. Она же старая совсем. — Ты с ума сошёл! — воскликнула Дарья. — Ну, дело твоё. Поступай, как знаешь. Но квартиру мне чтобы освободила. Ладно, не завтра. Но не затягивай с этим. Люди ждут. Уже покупатель есть. Поняла?! — Настасья Никитична. Так нельзя. Надо кушать, — сказала нянечка, убирая нетронутую тарелку с едой, оставшуюся с обеда. — Подымайтесь, расходитесь немножко. Совсем ослабли. Зря доктор вам потакает...

— Выметайся тогда отсюда, ясно?! — злобно сощурившись, заявила девица. Влада посмотрела на отца, но он отвёл глаза. «Ну что ж… К этому всё и шло, — подумала девушка. — Ему на меня абсолютно наплевать…» Влада росла в счастливой благополучной семье. Родители любили друг друга, заботились о дочери, и была у них дома просто идиллия. Влада была единственным ребёнком и, конечно, её баловали. Однако девочкой она росла доброй, не наглой. В то время, как других детей наказывали, Владе — объясняли. И этого было достаточно...

— Да иди ты, знаешь куда! — закричала Лана. Муж выпучил глаза от неожиданности и замолк. Прежде Лана никогда не повышала голоса. Она всегда была очень уравновешенная, терпеливая, покладистая женщина. Она «всё понимала». «Что это с ней?» — озадаченно думал Эдик. *** Лана действительно всегда «всё понимала» и поддерживала мужа Эдуарда. Он, с тех пор, как вырос и стал самостоятельным, мечтал иметь собственное жильё. В своей семье Эдуард был старшим сыном. Кроме него у родителей росло ещё пятеро сыновей...

— Сынок… Ты уж сильно не бей его только, — проговорила мать, со слезами на глазах. — Ладно, что поделать? Ведь брат он мне родной. Кровь — не вода. Витёк и Миха — так их все и звали. Два брата. Виктор младший, Михаил старший. Жили с родителями в небольшом городке в частном доме. В семье всё было хорошо, до тех пор, пока отца не стало от неизвестной хвори. Сыновьям к тому времени исполнилось по шестнадцать и семнадцать лет. Так и непонятно было, что подкосило отца, мнения врачей расходились. Мама мальчиков, Валентина Петровна, плакала безутешно и считала, что врачи «проглядели» мужа...

— Твоей маме нужен уход! Я работаю, ты тоже. Врач сказал… — Оксана, давай позже обсудим, — раздраженно перебил муж, — Некогда мне сейчас. Оксана стояла в больничном коридоре и в растерянности слушала короткие гудки в трубке телефона. «Вот так. Ему некогда. А я? А меня спросили: есть мне когда или нет?» — думала женщина. Потом Оксана с сочувствием посмотрела на свекровь, Марию Никитичну, которая сидела на больничном стуле, сиротливо кутаясь в, принесённую Оксаной, шаль. Она выглядела жалкой и беспомощной и была похожа на нахохлившуюся птицу...