Брифстоп

- Ну, теперь-то вроде всех навестили? – этим вопросом Мишка вывел друга из задумчивости. - Я еще к Алексею Ивановичу зайду, - ответил Егор. - А, стало быть, и Оксану увидишь? - А что? – ехидно спросил Егор. - Привет передай! - От тебя – всенепременно! – засмеялся Егор. Мишка добродушно улыбнулся. - А у тебя на лето какие планы? - Мы с дедом к родственникам поедем, а потом он меня еще куда-то отвезти грозится, - ответил Мишка. - А ты? – спросил он в свою очередь. - Не знаю, еще не решил. - Тогда бывай, студент, до осени! - До осени! Оксану Егор вопреки ожиданиям не увидел...

Перед вступительными экзаменами Егор очень сильно волновался. Мишка тоже был не в своей тарелке, но не показывал виду. Но все тревоги остались позади, когда они увидели свои фамилии в списке зачисленных на физкультурный факультет. На радостях оба сразу же побежали звонить домой. - Папа, папа, я поступил! - кричал Егор в трубку. – Как там мама? - Дед, передай моим, что всё в порядке, - деловито отчитывался Мишка. – Приеду, мы с тобой сразу в шахматы сыграем. - Мама, ты можешь мной гордиться! – выпалил Егор, услышав в трубке родной голос...

- Всё-таки без драки не обошлось? – подмигнув, спросил отец, разглядывая заклеенный пластырем подбородок. - Нет, пап, я упал, – ответил Егор. - Что, так сильно за знаниями торопился? – усмехнулся отец. - Честное слово, упал! Мишка подтвердит! - А рубашка где? – спросила мать, осматривая ссадины на локтях. - В сумке. - А уроков сколько было? - Всего три. - На дом задали. - Да. В дневник записал. - Хорошо, иди умываться, ешь и садись за домашнее задание. - С дебютом тебя, сынок! – крикнул отец, когда Егор отправился в ванную...

Утро первого сентября одна тысяча девятьсот девяносто пятого года Егору врезалось в память на всю жизнь. В этот день он впервые пошел в школу. Не в тот маленький класс в их интернате, где ласковый голос Ольги Петровны, отражаясь от стен, проникал в юношеское сознание, оставляя там необходимые в жизни знания, даты и цифры, а в самую настоящую школу, где учатся обычные дети, где много учителей, где надо переходить из кабинета в кабинет, а на переменах шум и толкотня от непоседливой малышни и негромкие разговоры старшеклассниц у подоконников...

Как-то раз Марат Аркадьевич, когда команда возвращалась с очередных соревнований, попросил Макарыча не развозить ребят по домам, как это обычно бывало, а привезти всех в интернат. За всеобщим победным весельем подопечные не заметили, что их тренер весьма скуп на радостные эмоции. - Марат Аркадьевич, а почему мы сюда приехали? – загалдели ребята, когда увидели знакомые стены спорткомплекса. - Пойдемте, - ответил тренер. Марат Аркадьевич привел воспитанников в свою тренерскую комнату, где, куда ни кинь взор, либо стояли кубки всевозможных размеров, либо висели грамоты и медали...

Алексея Ивановича семья Русовых встретила гуляющим в городском парке в компании симпатичной девочки. Желто-красные кленовые листья в руках спутницы заботливо были сложены в аккуратненький букет. Взрослые поздоровались, а затем Алексей Иванович, показывая на девочку рукой, произнес: - Знакомьтесь, это моя внучка, Оксана. - Очень приятно, - сказали Елизавета и Антон. - И мне, - ответила девочка. - Ну а ты чего молчишь? – Елизавета посмотрела на сына. - Егор, - произнес тот и слегка покраснел. - Чего зарделся, красный молодец? – подмигнул ему Иваныч, а Оксана засмеялась...