Книга 8, Со Ан

Моя пронзительно пленительная нежность за годом год, за часом час и день за днем влечет меня к себе и неизбежность, перемежаясь с безмятежностью, конечно, присутствует и манит словно сон. Что сон, что явь, возможно, все едино: я продолжаю путешествовать во тьме и свете, бесконечный поединок привел меня к себе, и в этом дне способна я свои расслабить плечи, поднять глаза, увидеть небосвод, я счастлива, что есть величие и вечность, и все это во мне, я знаю наперед, назад и прямо здесь, на месте, могу стоять, лежать, ходить, сидеть...

Я люблю тебя всей собой, навзрыд, ты знаешь, когда я об этом забываю, или перестаю думать - ничего не болит, как только вспоминаю и начинаю думать, снова опять болит. И эта интенсивность благословенная боли для меня свидетельство того, что каждый из нас отыграл свои роли. В этом странном, божественном...

- Прости меня. - Простить тебя? Никогда. Никогда. Никогда. Ни за что я тебя не прощу. Не прощают предательство.

Ты отказался от меня, ты попрощался с жизнью, с сутью, со смыслом, силой бытия, другие будут встречи, люди и все это не буду я. Ты отказался от меня, ты выбрал вкус своей свободы где нет потребности менять то, что привычно и природно. Ты отказался от меня, я не была тобой желанна, ты брал то, что давала я, так трепетно и так нежданно...

Сердце рвется из груди, коль умеешь - так гляди! Посмотри, как катятся слезы по щекам, нас с тобой не хватятся, душу не предам. Каждый шаг и каждый вдох нас ведет туда, где место. Знаю, милый, не невеста, не жена, и не сестра, и не мать, и не отец, впрочем, даже не творец. Как так вышло? Третий - лишний, чувствую, куда ведет...

Перерабатываю тысячи тонн на дне душевной руды, спускаю себя в свои ады, возвращаю душу в Эдемские сады, так случилось. И вышла, и вошла, и вышло снова, что мы с тобой всегда на ты. У меня была идея, иллюзия о том, что все прошло: отгорело, отболело, отжило, закончено, прожито, пройдено, интегрировано... Ан, нет. Иллюзии бьются болезненно: за цветом и светом, всегда приходит тьма, за тьмой всегда приходит свет. Когда я чувствую то, что чувствую, я обретаю возможность и способность различать: есть алхимическая печь, есть магическая печать, есть глубинная печаль, о том как, что и сколько мы живем...