Разбираю образы политиков

Не так давно главный секрет государственности страны лесорубов и кленового листа скрывался в районе лодыжки.  Именно там, в невзрачном портале между идеальной брючиной и ботинком, скучным, как канадский пейзаж, бывший премьер Трюдо прятал свой главный арсенал. Вы думали, что политика — это тестостероновая опера, в которой лицедеи играют мускулами в костюмах по цене ВВП небольшой страны?  А стиль общественных деятелей — обязательное меню из трех блюд: демонстрация власти, денег и аристократизма?  Джастин Трюдо пошёл другим путём...

Ко мне не приходил Тихановский. Он пришёл к кому-то другому. И стал клоуном. Не знаю, что произошло с тем, кого некогда считали перспективным политиком — стилистическая диверсия или легендарный «и так сойдёт». Уже не важно. Уже всё случилось. Вот 5 элементов успеха для того, чтобы собрать «костюм капитуляции». 1️⃣ Нам понадобится костюм бренда «Уставший триумфатор». Главное — ткань. Она должна быть с лёгким, дешёвым блеском. Синтетика, которая помнит форму стула лучше, чем форму своего владельца...

Диана выиграла войну за свободу. Но Дворец нанёс последний удар: РАЗВОД. Они лишили принцессу титула «Её Королевское Высочество». Протокольный эвфемизм для фразы «Ты больше не одна из нас».  Они думали, что стёрли её из истории. По факту — развязали руки. В тот вечер 14-летний Уильям сказал: «Не волнуйся, мама. Когда я стану королём, верну тебе титул». Она расплакалась. Но не стала ждать. Она стала корпорацией «Диана», а не частью «Фирмы». И для новой роли ей понадобился другой арсенал. Не один, а сразу два...

29 июня 1994 года. В тот вечер репутацию Дианы должны были уничтожить в прямом эфире. Её муж лично зачитал «приговор», признаваясь в измене на всю страну. Скандал. Мир замер. Воздух над Лондоном стал свинцовым.  Все ждали драму: слезы, стенания. Брошенная принцесса должна была медленно угасануть.  Но в комнатах Кенсингтонского дворца не было слышно ни звука. Затишье перед боем. Диана нанесла удар в тот же вечер. К галерее Serpentine подъехал чёрный автомобиль. Дверь открылась. На секунду всё замерло...

Бунт никогда не начинается с революции. Он начинается с шёпота. Первые акты неповиновения Дианы были почти незаметны: платья с одним открытым плечом. По меркам протокола — почти порнография. На языке власти — разведка боем. Она щупала границы, как сапёр, замеряла реакцию. «Что вы мне сделаете, если я обнажу на один сантиметр больше положенного?». Система напряглась, но промолчала. Диана пошла дальше и заговорила на языке силы: «Если миром правят мужчины в пиджаках, я надену такой же жакет, только лучше»...

Вспомните Диану до того, как она стала ДИАНОЙ. Воспитательница детского сада в объективах папарацци. Робкая, наивная. Идеальная жертва. Система увидела в ней чистый холст. И написала на нём то, что хотела: покорность, невинность, безопасность.  Ранний гардероб принцессы — смирительная рубашка из рюшей и бантов. Каждый элемент был кодом. Блузы с воротниками-жабо —визуальный аналог детского слюнявчика. Сообщение: «Я — ребёнок, я не опасна». Пасторальные свитеры с овечками — инфантильность, доведённая до абсурда...