Скит

Все главы Весна 1918 года пришла на Алтай поздно и неохотно. Снег таял медленно, словно не желая уступать место новой жизни. В апреле ещё лежали сугробы в тени кедров, а по ночам мороз сковывал лужи ледком. Люди, измученные долгой зимой, ждали тепла, как ждут чуда, но чуда не происходило. В Сосновке стало ещё тревожнее. Слухи о гражданской войне долетали даже сюда, в эту глушь. Говорили, что где-то далеко, в Сибири, идут бои, что красные отступают, что белые наступают, что чехословаки захватили железную дорогу...

Все главы Зима 1916 года выдалась на Алтае такой суровой, что даже старики не припомнили подобной. Морозы ударили ещё в ноябре и держались до самого марта, не ослабевая ни на день. Столбик термометра опускался до сорока, а то и до пятидесяти градусов. Снегу намело по самые крыши, так что избы стояли в сугробах, как в белых шапках, и только дым из труб напоминал, что здесь живут люди. В лесу трещали от мороза деревья, и этот треск разносился далеко окрест, пугая зверей и людей. Волки, гонимые голодом, подходили к самой околице, выли по ночам, и их вой, тоскливый и страшный, леденил кровь...

Все главы После свадьбы Алексей и Агафья зажили своим домом. Иван Михайлович отдал молодым половину избы, себе оставив только угол за печкой — так было принято у старообрядцев, чтобы старики не мешали молодым, но были рядом, если понадобится помощь. Жили тесно, но дружно. Агафья управлялась по хозяйству, Алексей помогал отцу в поле и в тайге, а по вечерам все вместе сидели за столом, пили чай с травами и слушали рассказы Ивана Михайловича о прежней жизни. Иван Михайлович, глядя на сына и невестку, не мог нарадоваться...

Все главы Весна 1915 года пришла на Алтай стремительно и неудержимо. Снег сошёл в две недели, и там, где ещё недавно лежали сугробы, зазеленела молодая трава, запели птицы, зашумели ручьи, сбегающие с гор. Воздух, чистый и прозрачный, пах талой водой, прелой листвой и той особенной, ни с чем не сравнимой свежестью, которая бывает только в предгорьях, когда природа просыпается после долгого сна. В Сосновке жизнь тоже пробуждалась. Мужики выходили в поля, бабы на огороды, дети носились по улицам, оглашая деревню криками и смехом...

Все главы Осень 1914 года выдалась на Алтае короткой и стремительной. В сентябре ещё грело солнце, золотило листву на берёзах, и старики, глядя на погоду, сулили долгую, мягкую зиму. Но в начале октября грянули первые заморозки, потом повалил снег, и уже к ноябрю Сосновка утонула в сугробах по самые крыши. Жизнь в деревне замерла, затаилась, как зверь в берлоге. Мужики, оставшиеся без кормильцев, возились по хозяйству, бабы пряли, дети играли в снежки. Только дым из труб да скрип снега под ногами редких прохожих напоминали, что жизнь здесь ещё теплится...

Все главы Июль 1914 года выдался на Алтае жарким и душным. Солнце пекло немилосердно, даже в тайге, под сенью вековых кедров, не спастись было от духоты. Реки обмелели, обнажив каменистое дно, трава на полях пожухла, и крестьяне, глядя на небо, искали глазами дождевые тучи — но небо было чистым, безжалостным, и ничто не предвещало перемен. Перемены пришли с другой стороны. Двадцатого июля в Сосновку снова прискакал урядник. На этот раз он был не один — с ним приехали двое жандармов в синих мундирах, с шашками на боку и револьверами в кобурах...