нафталин и ностальгин

Прапорщик Паша Шепелев мне говорит: — Ты когда обходной подпишешь, загляни… Обсудим условия расчета. — Конечно, загляну, — без задних мыслей ответил я. — Зайду попрощаться… и обсудим.  В конце весны я уволился из вооруженных сил. За расчетом планировал заехать позже. Все лето подавал различные документы в спецназ одного силового ведомства. Проходил медицинские проверки, всяческие тестирования и мудреные собеседования на профпригодность. По прошествии шести месяцев скрупулезного сканирования приступил к работе...

Мокасины «Тимберленд» 1989г. Закат эпохи развитого социализма. — Если мне предложат родину продать, я любого фирмача собственными руками… придушу. А потом волоком на Литейный, — взволнованно жестикулируя сообщил мой друг Витек. Заложив руки за спину, с приблатненным видом он расхаживал кругами возле школьного футбольного поля. В голове его вызревали какие-то явно авантюрные идеи. — Я ведь толкую о другом… Понимаешь? Ленинские идеалы предавать не собираюсь...

На комоде, в углу гостиной нашей старой ленинградской квартиры, стоял цветной телевизор «Радуга». Как тогда было принято говорить, отцу удалось не купить, а «достать» новый телевизор благодаря знакомству с заведующим магазином Военторг на проспекте Непокоренных. Там, в отделе радиотоваров, доставали дефицитные на тот момент цветные телевизоры, магнитофоны, проигрыватели грампластинок, батарейки и много всего такого, чего по факту на полках и витринах не было. Телевизор выглядел вполне солидно. Массивный, ламповый, в лакированном деревянном корпусе...

Когда я был совсем маленьким, своего папу почти не видел. Вернее, я его видел, но крайне редко. Всегда ждал, когда он приедет на несколько дней и привезет мне солдатиков, или пистолет, или, может, какой-нибудь необычный сувенир, надписи на котором я прочесть не смогу, потому что они на иностранном языке. Со слов мамы, папа уезжает надолго, потому что занят очень важным делом. — Он тренирует команды на ответственных спортивных сборах, готовит их к разным регатам и очень устает, поэтому, когда приедет, ты папу сильно не мучай, — говорила мама...

Опять приснилось море. Утренняя дымка, почти штиль. Хорошо видны очертания мыса, за которым уже другой город и другая страна. Берем старт в четверке и сразу легко уходим от соперников. Лодка улетает от шлепков, словно пробка выпущенная из горлышка бутылки шаманского. Все получается свободно и легко, как получается тогда, когда нет ни малейшего давления, груза ответственности на плечах и предстартового волнения. Видны отстающие четверки соперников, их спины, видно, как с первого номера оглядывается утомленный гребец идущей в корпусе от нас команды...

Раннее субботнее утро. Маленький прибрежный город еще спит, но в гребном клубе начинается утренняя суета. Суббота-день, когда по традиции все идут гоняться шесть километров по морю. Перед плотом очередь. Гребцы выносят лодки, слегка поторапливая друг друга, но вполне дружелюбно, в какой-то особой шутливой форме. — Альберто, Роберто, Карло, давайте побыстрее со своими одиночками. Смотрите, мы стоим с четверкой и ждем, пока вы оттолкнетесь. Берите пример с девочек, они давно на воде, — кричит играющий тренер...