Терапевтические рассказы

В свои 42 года Елена считала себя королевой стабильности: предсказуемая работа, маршрут до метро и тихие одинокие вечера. Она годами послушно твердила себе: «Вот выплачу ипотеку, выращу дочь — тогда и поживу»...

Марине исполнилось тридцать пять, и в её уютной жизни всё казалось правильным, пока она не открывала социальные сети. Там бывшие однокурсницы открывали рестораны, крутили романы на Мальдивах и строили безупречные дома...

Ольга замерла у дверей офисной кухни. Внутри зашумел кулер, и до нее донесся шепот коллег: «Она всё слышит и всё запоминает… страшно с ней». Обсуждали её. Восемь лет она работала здесь бухгалтером и выжила только благодаря одному правилу: меньше слов — меньше поводов для чужих домыслов...

В ту среду, когда в очередной раз рухнули дедлайны из-за чужих ошибок, Анна вышла на обед и больше в офис не вернулась. Она просто пошла куда глаза глядят, чувствуя внутри звенящую пустоту — словно кто-то вынул батарейку из игрушки...

Татьяна стояла у окна и смотрела, как по стеклу медленно стекают тонкие серебристые капли дождя. День выдался серым, но не пустым: в груди у неё было странное чувство — будто вот-вот должно случиться что-то важное. На кухне тихо гудел чайник, в коридоре лежала ещё не распакованная коробка с книгами, а на столе дрожал экран телефона. — Тань, ты дома? — голос подруги Лены прозвучал в динамике бодро и немного запыхавшись. — Дома. Заходи, — улыбнулась Татьяна. — Только не говори, что опять с новостями...

На остановке пахло мокрым асфальтом и свежими булочками из маленькой пекарни за углом. Вечер был самый обычный: серый, тихий, промозглый. Такой, в котором люди не ждут чудес. Марина тоже не ждала. После развода она вообще перестала чего-то ждать. Работа, дом, редкие звонки подруг, вечный список дел и пустота по вечерам — вот и вся ее новая жизнь. Она поправила шарф, посмотрела в телефон, потом машинально подняла глаза и замерла. У киоска с кофе стоял мужчина. Ничего особенного, если не считать одного: он был похож на Игоря...