Не было счастья...

Маша осталась у Алексея. Свои отношения они пока не узаконили, хотя Алексей много раз предлагал Маше расписаться и стать его законной женой. Но Маша не торопилась. Алексей, как оказалось, при всей своей напускной строгости был человеком очень заботливым и щедрым. И Маша влюбилась. Замуж за Алексея она хотела, но решила подождать, дать им обоим время просто привыкнуть друг к другу, притереться. Она очень боялась спугнуть свою удачу. И еще боялась, что штамп в паспорте может убить ту романтику, которая сейчас присутствовала в ее с Алексеем отношениях...

Судья оказалась строгой женщиной и задавала всем участникам процесса вопросы только по существу. Маша была привлечена в качестве свидетеля по делу и честно ответила судье, что это именно Олег Шакалин на нее напал и избил, и что у него была собака по кличке Бумер. Шакалин протестовал и всячески обзывал Машу. Он почти кричал, что нет у него никакой собаки. И что он на самом деле защищал Машу от бездомной собаки, что это он сам пострадавшая сторона. Маша в свою очередь обвиняла Шакалина во вранье....

Прошло почти два месяца, как Маша жила у Алексея и приглядывала за девочками. И все это время на работе Алексей то и дело просматривал на смартфоне видео с камер из дома. Он сам до конца не понимал, зачем он это делает - то ли из любопытства, то ли все-таки боялся, что Маша что-нибудь сделает не так. Но Маша, в отличие от других нянь, оказалась очень внимательной к его дочкам и мало того, что возилась с ними с удовольствием, так ещё и взяла на себя часть обязанностей домработницы. Алексей сначала хотел ей запретить готовить и убирать, но не смог...

Маша протянула заявление Ермакову: - Вот, возьмите! Забирая из рук Маши заявление, следователь прожег ее испепеляющим взглядом: - Гражданка Снегирева, вы хорошо подумали? Вы уверены, что есть необходимость в возбуждении уголовного дела? Маша посмотрела на сидящего напротив нее Никиту, тот ободряюще ей кивнул. - Да, уверена, Виктор Павлович. - Смотрите, у вас нет ни малейшего шанса выиграть суд! - гнул свою линию следователь. Никита до этого момента сидел молча, не вмешиваясь, а сейчас вдруг повернулся...

Маша через каждые пять минут смотрела на часы. Алексей опаздывал. Врач несколько раз заглядывал к ней с немым вопросом в глазах. Маша только пожимала плечами и разводила руками. Звонить Алексею, а тем более Никите, она не решилась. Просто ждала. Неожиданно в палату с криком вбежали две девочки, а за ними показался с пакетом в руке Алексей. - Девочки, тише! - пытался успокоить дочек Алексей. Хотя те и так уже притихли, спрятались за папу и с интересом изучали незнакомую тетю. - Мария, простите, форс-мажор...

Всю оставшуюся неделю вместе с выходными Маша пробыла в больнице. Ее никто не навещал. Только Никита один раз позвонил уточнить, когда ее приблизительно выпишут, чтобы выбрать день и вместе с ней поехать и подать заявление. Алексей больше не приходил, а Маша вдруг поняла, что она все чаще думает о нем. Она искала его страничку в социальных сетях, но не нашла. Повод ему позвонить появился только в понедельник, когда врач сообщил ей, что завтра ее выписывают. Маша не хотела беспокоить Алексея, но у него оставались ее вещи, а ей нужна была одежда...