Понедельник

Мне страшно. Не абстрактно, а плотно, до тошноты, до бессонницы в четыре часа утра, когда тишина густеет, как студень. Я чувствую это кожей — будто воздух выкачали, а оставили лишь холодный, безжизненный вакуум, где шелестит один лишь неслышимый диалог серверов...

В кабине — особая меланхолия. Она не в дожде за стеклом. Она в запахе старой кожзамовой обивки, в осадке на дне термоса. Её лицо смотрит на тебя из зеркала заднего вида и шепчет: «А куда, собственно, всё?» Не адрес — его я знаю...

Представьте, если бы нас, людей грядущего, описали писателю-фантасту середины прошлого века. «Люди станут трудиться по восемь, а то и десять часов в сутки, уставившись в светящиеся прямоугольники. Они...

Если бы понедельник был человеком, он был бы идеальным психопатом. Не с топором, а с электронной таблицей. Его улыбка натянута, как корпоративный галстук. Его рукопожатие отнимает у вас невидимые проценты жизненной энергии, конвертируя их в пункты плана...

Самое опасное домашнее занятие — не мытьё окон на двадцатом этаже. Опаснее другое. Протирать пыль на книжной полке. Рискуешь не столько чихнуть до слёз, сколько нарваться на мысли. Настоящие, цепкие, которые...

Ну вот, отгремели фанфары. Отзвенели бокалы, осыпалась, облетела, заискрилась и погасла последняя конфетти-снежинка. Всё. Наступило то самое «после». За окном — не предвкушение. А долгое, растянутое, как ириска, существование...