Рассказы про наследство

Нотариус протянула мне ключи, и я почувствовала – жизнь только что перевернулась. Квартира тёти Риммы. Сто двадцать квадратов на Тверской. Пятнадцать миллионов по самым скромным подсчётам. – Валентина...

— Да пусть она там подыхает со своими таблетками! — голос Людки резал тишину коридора, как ржавый нож. — Мне-то какое дело? Я что, крайняя? Олег прикрыл дверь в комнату бабушки Анны Степановны и вышел на кухню...

— Заткнись уже со своими претензиями! — рявкнул Ефим, швыряя рубашку на кровать. — Вот послушай меня, дорогуша: будешь жалеть деньги для моей мамы, полетишь вон из квартиры! Полина сидела на краю постели и смотрела, как муж яростно копается в шкафу. Пятнадцать лет назад они вместе выбирали эту спальню — обои в мелкий цветочек, белый гарнитур, тюль с оборочками. Теперь все это казалось чужим, как декорации к чьей-то жизни. — Ты хоть понимаешь, что говоришь? — спросила она тихо. — Еще как понимаю! — Ефим повернулся к ней, лицо красное от злости...

Дверь хлопнула так, что штукатурка посыпалась с потолка мелкой пылью. Лида стояла посреди кухни, сжимая в руке деревянную ложку, как дубинку. Капли борща стекали с неё на линолеум — красные, как кровь. — Да пошёл ты вон из моего дома! — прошипела она, и голос её был тише обычного, но от этого страшнее. — И сестрёнку с мамой своей прихвати! А то сели на меня и поехали! Гена замер в дверном проёме. Рубашка расстёгнута, пивной живот выпирает из-под майки. Сорок три года, а ведёт себя как подросток. — Лида, ты того...

— Убирайся отсюда, дрянь! — Роза швырнула в Никиту пепельницей, которая с грохотом разлетелась о дверной косяк. — А ты ей кто вообще? Да никто! И родства у тебя нет, значит наследство наше! Никита отшатнулся, прикрывая лицо рукой. Осколки хрустнули под ногами, а в воздухе еще витал запах бабушкиных духов — «Красная Москва», которые она брызгала каждое утро уже тридцать лет подряд. Теперь этот аромат казался насмешкой. — Роза, ты что творишь? — Дядя Петя попытался схватить сестру за руку, но она вырвалась, как разъяренная кошка...

— Слышишь, да кто ты такая, чтоб нас тут выгонять! — орала тетка Галя, размахивая потрескавшимися от холода руками. — Дрянь такая! Дрель в моих руках завизжала особенно пронзительно, словно отвечая на ее крики. Металлическая стружка сыпалась на пол прихожей, и я думала: вот так, по крупицам, рассыпается вся моя прежняя жизнь. — Прикрой свой рот, это наш дом и мы здесь хозяева! — подхватила двоюродная сестра Ритка, выставляя вперед свое пивное брюхо. — Приехала тут, блин! Я не оборачивалась. Продолжала высверливать отверстия для нового замка...