Эми Уайнхаус: одна из «клуба 27»
Дым в «Хокстоуне» был таким густым, что его можно было покромсать на кубики и подать ко льду. Ко льду, которого в её стакане не было – только «Кока-Кола» до краёв разбавленная дешёвой водкой. Эми прислонилась лбом к прохладной стене, закрыв глаза. Из колонок лился её же голос, искажённый до неузнаваемости битом: «They tried to make me go to rehab, I said 'no, no, no'…» «Идиотская песня, – прошипела она под нос, – Все думают, что это манифест. А это был просто крик в глухую больничную стену». «Эми, детка, тебя ждут...