Иннервация

Решение предоставить мне целый остров в полное распоряжение власти объяснили «необходимостью предотвратить дальнейшие общественные беспорядки». Формально это не считалось наказанием: мне предоставили государственное жильё и хорошо оплачиваемую работу «смотрителя». Мои деньги остались при мне, и никто не посмел бы обвинить государство в нарушении моих прав. Остров был небольшим, но красивым. Белый песок, пальмы, прозрачная вода, нет акул. В центре стоял оборудованный по последнему писку техники дом с кучей роботов, если мне вдруг захочется чего-то ещё...

— Тишина! Или я прикажу всех вывести! Судья, привыкший мирно спать в пустом зале, чувствовал себя неуютно. Он раздражённо стучал молотком по столу, но безуспешно. Толпа непрерывно галдела, время от времени выкрикивая ругательства. — Я требую тишины! Очистите зал немедленно! — прокричал он роботам-охранникам. Роботы безучастно смотрели на взбудораженную толпу. По их логике толпа оставалась в разрешённых границах, свобода слова гарантировалась законом, а внутреннее убеждение судьи им было до лампочки...

Со временем я научился переключаться на другие мысли, читая религиозные тексты. С наноботами даже самые жестокие места в них начинали казаться весёлой сказкой. Главное — воспринимать всё позитивно, с любовью и добротой! Если уж совсем накрывало, то помогало даже чтение инструкций к бытовой технике. Описание чистки фильтра посудомоечной машины оказалось способно сдерживать самые разрушительные порывы. К концу недели инструкции кончились, и я перешёл к экспериментам над людьми. — Давайте помогу, — сказал я старушке у подъезда...

Я пришел в себя на больничной койке, заботливо укрытый одеялом. Робот-санитар закончил уборку и принёс мне новый поднос. На этот раз супа было меньше. — Где остальное? Сам сожрал? — спросил я. Робот непонимающе уставился на меня тремя камерами. — Предыдущий поднос был повреждён. Согласно больничному регламенту, повторная порция предоставляется за вычетом ущерба, нанесённого пациентом больничному имуществу. С учётом отсутствия у вас необходимых для компенсации денежных средств, на соответствующую сумму был урезан оплачиваемый государством рацион, но не менее гарантированного для выживания...

Робот достал из ящика небольшой пластырь и протянул мне. — Пожалуйста, приложите к коже на внутренней стороне запястья. В течение десяти минут наноботы проникнут в кровоток и распределятся по организму. — А уколоть нельзя? — Разумеется, нельзя. Инъекция причиняет боль. — А то, что вы собираетесь сделать со мной, боли не причиняет? — Мы не собираемся причинять вам боль. Процедура добровольная, а её последствия обусловлены исключительно вашими собственными психическими процессами. На пластыре был нарисован улыбающийся человечек, обнимавший другого человечка...

— Я ПРОТЕСТУЮ! Председатель суда всхрапнул и попытался завалиться на правый бок. Секретарь суда заботливо увеличила размер подголовника справа, не дав ему выпасть из кресла. Помощник судьи бесстрастно смотрел на меня двумя камерами, заменявшими ему глаза. — Обоснуйте свой протест, подсудимый! — СУДЬИ НЕТ! — Господин судья присутствует в заседании. — НО ОН СПИТ! — Организм господина судьи функционирует естественным для человеческого организма образом. Из уголка рта судьи к мантии потянулась тонкая нитка слюны...