Фиктивная жена. Любовь в договор не входит. Лана Пиратова

Сажусь за руль, захлопываю дверь и сразу блокирую замки. Полина тут же дёргает ручку двери. Раз. Второй. Потом резко поворачивается ко мне. — Откройте. — Нет. — Немедленно откройте дверь, Богдан Романович. Слишком официально. Слишком зло. Слишком Полина. Выруливаю со стоянки, делая вид, что не замечаю, как она сжимает сумку на коленях так, будто собирается приложить меня ею ещё раз. — Мы едем на ужин к Виолетте, — говорю спокойно. — Ты улыбаешься, киваешь, изображаешь мою невесту и по возможности не портишь мне жизнь...

Виолетта стоит на пороге моего кабинета так, будто это не она только что ворвалась без предупреждения, а я посмел не встретить её красной дорожкой, оркестром и бокалом. Она радостно улыбается. И, наверное, у любого другого от этой улыбки стало бы тепло на душе. Но не у меня. Потому что Виолетта никогда не появляется просто так. И уж точно не появляется просто так раньше срока. — Виолетта, — повторяю я, всё ещё не веря своим глазам. — Ты должна была прилететь в субботу. — Должна была, — легко соглашается она и проходит внутрь, даже не дожидаясь приглашения...

Ночь проходит паршиво. Я лежу в темноте, смотрю в потолок и вместо того, чтобы наконец-то вырубиться, снова и снова прокручиваю в голове разговор с Канарейкиной. «Мне нужно подумать». Вот же упрямая девчонка. Нормальная на её месте уже вцепилась бы в моё предложение обеими руками. Деньги, защита, институт для брата, решение всех проблем одним росчерком пера. Что ещё надо? Но Полина, конечно, должна подумать. Должна посмотреть на меня своими огромными глазами так, будто я не сделку предлагаю, а душу у неё покупаю...

Смотрю на её профиль. На влажные после слёз ресницы. На маленькую родинку у виска, которую раньше не замечал. На тонкую шею, упрямо вытянутую, будто она из последних сил держит себя в руках, чтобы не сорваться. И это раздражает. На меня реально за монстра считает? — Полина, — произношу, наконец. Поворачивается ко мне не сразу, будто боится услышать то, что я собираюсь сказать. Умная девочка. Чувствует опасность. — Я скажу прямо, что мне от тебя нужно. У меня нет времени на долгие уговоры. — Твой брат влип серьёзно, — говорю спокойно...

— Куда едем? — спрашиваю уже в машине. — В полицию, — шепчет дрожащими губами и опускает взгляд на свои ладони, зажатые между коленками. — Куда? — переспрашиваю, не веря. — Мне надо в полицию. Женьку забрать… — и всхлипывает, что ли? — А у неё родителей нет? Или мужа? Почему ты должна её забирать? — хмурюсь я, заводя машину. — Это не она. Это он. Это мой брат. Женька. Опа. Младший брат значит. Ну точно! Евгений! Как я сразу не понял-то! «Женька» эта смутила! Хм. Становится всё интереснее. Выезжаю со двора...

— Ого! Это кто ж тебя так? Неужели Виолетта Аркадьевна раньше прилетела?! — ничуть не стесняясь, ржёт надо мной откровенно Стас, когда я встречаю его в своей приёмной. Быстро зыркаю на место, где должна сидеть Канарейкина, но её нет. Куда-то вышла, похоже. Так даже лучше. Не то, что бы я чувствовал дискомфорт после вчерашнего, но… — Заходи! — бросаю сухо приятелю и сам захожу в кабинет. Сразу иду к бару и наливаю себе виски. — Будешь? — спрашиваю у Стаса. — С утра? Виски? Хм. Уволь. У меня в жизни не всё так плохо! Ахаха! Опять бросаю на него гневный взгляд и делаю пару глотков...