Грани восприятия в лабиринтах сознания. Карты реальности.

Алиса сидела на табуретке, которая потихоньку обрастала сырой плесенью и начинала пахнуть как забытый в холодильнике суп. Удав Ка висел на торшере, свернувшись узлом, который явно нарушал несколько законов термодинамики. Алиса: Я так больше не могу. Меня мотает. То я большая, то маленькая, то меня вообще в мультик заносит. Я вчера пыталась выбрать смузи в Старбаксе, а у них там двадцать семь вариантов овсяного молока! Двадцать семь! Как жить-то? Как найти свой путь? Может, завести ежедневник? Или...

Что-то в районе 3-х часов африканской ночи, Доктор Айболит, сидел на кривой табуретке у входа в пещеру и смотрел в кромешную темноту. В руках он держал пузырёк с надписью "Для внешнего и внутреннего применения одновременно". Чуть ниже пещеры, у жёлтой мутной реки, растянувшись на берегу, ворочался и медитативно шуршал чешуёй о вонючий песок, старый Нильский Крокодил. - Не спится? - процедил Крокодил, не открывая глаз. Голос у него был хриплый, будто из стиральной доски. - Ты чё, псевдозухия, зрение рентгеновское врубил? - Айболит вздохнул и поставил пузырёк на землю...

Диалог в медпункте между В.И.Чапаевым и Петром I Чапаев, замотанный в простыню, сидит на койке и судорожно кликает пультом от воображаемого монитора. Петр I, в широкополой фетровой шляпе, бьющем из под неё водопадом, основательно растрепанном голландском парике спадающем грязными струями к полу с широких плеч и монгольском национальном халате, забивает скипетром гвоздь в стену, на которой висит календарь с видом на русскую тайгу. Чапаев: Опять ничего не показывают. Одни мемы про бабок с носорогом да блогеры, которые жрут...

Если бы великий Остап, вместо того чтобы искать бриллианты в стульях, решил бы торговать будущим, он непременно основал бы контору Рога и копыта, но солидно назвал бы ее Институт стратегического пророчествования. И работал бы там, разумеется, один единственный сотрудник - гениальный поставщик политического щебня, Владимир Вольфович Жириновский. Этот человек, чей образ был высечен не из мрамора, а из того самого советского оргалита, что крошится, но не гниет, понимал простую и великую истину: будущее - не прямая линия, а лотерея...

Представьте, что вы скромный менеджер среднего звена по имени Сознание. Вы сидите в своем уютном, но тесном кабинетике на самом верху небоскреба Психика. У вас есть компьютер, кофе и иллюзия, что именно вы управляете всей этой грандиозной структурой. Вы отдаете приказы: Поднять руку!, Сказать комплимент!, Решить квадратное уравнение!. И они выполняются. Вы чувствуете себя богом. А теперь спустимся вниз. В подвалы. В машинные залы, где нет окон, пахнет смазкой и кипит работа. Это Царство Бессознательного...

Приветствую Вас Господа. Давайте проведем мысленный эксперимент, выйдя за рамки привычных этических контуров. Речь пойдет о харассменте не как о нарушении границ, а как об извращенной, кривой, но! Как высшей форме признания Другого. Представьте офисное пространство. Не просто ДСПшный open-space, а энерго-информационный контур, где большинство сотрудников, тупо фантомы. Они генерируют биополе, достаточное для подпитки системы, но не более. Их называют по именам, но не видят. Они человеческий шум, фон, живое сырье для отчетов...