Ты не в моем вкусе

****ЮЛЯ**** — Константин Викторович, мы будем сегодня делать замеры? — Да, пойдём, там, наверное, кабинет уже освободился. — Хорошо. Мне очень интересно увидеть результаты, я прозанималась четыре недели. Гоняла себя почти на износ. В медкабинете один клиент, он снимает показания на ИнБоди. — Давай начнём, а потом перейдём на прибор. Я взвешиваюсь, сообщаю результат, беру сантиметровую ленту. В кабинет входит Полянский. На мгновение замирает, хмуро взглянув на нас. — Юль, давай помогу, — Константин Викторович забирает из моих рук ленту и подтягивает меня поближе, не вставая с кресла...

Я выхожу на крыльцо с вывеской «Зал выписки» и иду ближе ко входу в Женскую Консультацию, чтобы из окон не было видно. Никита, как привязанный, идет следом. У меня хорошее настроение, и хочется над ним немного пошутить, над его смиренной терпимостью к происходящему. — Подарок новорожденной купил? — Нет, — смотрит на меня удивленно и настороженно. — А ты почему меня не предупредила, что надо. — Никит, ты чего? — закатываю глаза. — Ничего! Откуда я знаю, что на такие мероприятия нужно что-то дарить...

****ЮЛЯ**** — Блин! Теперь синяки будут. Вот, ты придурок, Полянский! — тру красные вмятины на коже от того, как врезалась ногами в полку под столешницей, когда он притянул меня для демонстрационного поцелуя перед Петром Сергеевичем. — Кто я? — заглядывает через столешницу. Быстро натягиваю юбку почти до колен и заезжаю на кресле до упора ногами под стол. — Невоспитанный, — пытаюсь съехать с любого продолжения. Я ведь чем-то очень важным и интересным занималась до его появления. Что же... что же...

Сегодня вышел срок по клубу. Долотов не звонит, хотя уже почти обед. Я ему тоже. Но чувствую, что сегодня что-нибудь бахнет. На работу еду весь на взводе, как порох. Решения у меня так и нет. То, что на фоне этого замутил с одним знакомым еще проект в общепите, не беру в расчет как компенсационный момент. Принципиально не хочу уступать свое кому бы то ни было. Радует, что хоть там все идет хорошо, и от меня требуется самый минимум. Но «Санрайз» не отдам. Недалеко от главного входа курит мужская часть клуба, среди тренеров тоже есть любители...

Наблюдаю, как Костя подвисает от заявления этой стервы. Потом он стряхивает с себя оцепенение и обращается ко мне: — Никит, на пару слов... — И мы отходим ко входу. — Ну? Я раздражен. И не знаю от чего. Наверное, это мое нормальное состояние в радиусе нашего нового администратора. — Скажи... ведь ты неплохо знаешь Стрельникова. Это что, какой-то подкат? Он что, глаз на нее положил? Я давлюсь смехом — и злым, и ироничным. — А ты что так разволновался? И с чего такие выводы? — Цветы видел? Это он привез...