Обмен

Начало рассказа – Хозяйка, выходи! – сказал человек с ломом. – Ты чего тут? – Живу, – сказала Юлия. Бригадир поднял фонарь и посветил ей в лицо, потом мимо – на кровать, на стол, на фикус у окна, на занавеску, на стопку учебников с красным шарфом сверху, – и фонарь у него в руке медленно поехал вниз. За его спиной, в коридоре, стало тихо… Потом задние стали напирать и спрашивать, чего там, и кто-то сказал: «Баба», и кто-то ответил: «Кака баба, откудова», и в темноте затопали и полезли смотреть! – Мужики, – позвал бригадир, не оборачиваясь...

Начало рассказа Жалобу у неё приняли в понедельник с первого раза. Та же женщина в вязаной кофте прочла её от начала до конца, поглядела на подпись, потом на Юлию, потом опять на подпись, и лицо у неё стало служебное и внимательное. – Это кто писал? – Инспектор постучала ногтем по листу. – Я писала. Под диктовку. – А жилец прописанный? – С сорок седьмого года прописан, – сказала Юлия. – Один он там и остался. – Вот это другое дело! – сказала инспектор почти весело, достала журнал и стала заводить номер...

Начало рассказа – Следующий! Юлия поднялась со стула, на котором просидела с восьми, вошла в кабинет и положила своё заявление на стол, исписанной стороной вверх, и осталась стоять, и даже не села, хотя стул тут был! Инспектор жилотдела читала долго. Была она женщина лет сорока, в вязаной кофте поверх платья, с чернильным пятном на среднем пальце, и за спиной у неё стоял шкаф с папками до самого верха, и в кабинете пахло мокрым сукном и сургучом… Дочитала, подняла глаза, и Юлия увидела в них самую настоящую оторопь...

Начало рассказа На складе было холодно и тихо, и пахло олифой, мелом и сухой мешковиной. Юлия сидела на табурете у весов, в телогрейке поверх халата, и выдавала: то маляршам с третьего участка, то плотникам, то слесарю, которому вечно было надо что-нибудь непонятное. Записывала в амбарную книгу и головы не поднимала, потому что и они старались не поднимать. Девчата из её бригады заходили за колером и говорили с ней хорошо, ласково даже, и уходили быстро, и через дверь было слышно, как на крыльце они опять начинают разговаривать своими голосами, вольными и громкими...

Начало рассказа Понятых привезли на той же машине, что возила в январе опись. Их было двое: комендант в своём полушубке и шофёр, молодой парень в кроличьей шапке, которому всё это было явно некстати, и он то садился в кабину, то вылезал и топтался у борта. Следователь шёл впереди с папкой, участковый нёс ломик, а Юлия шла последней и несла свою сумку, в которой лежали фонарь, гвоздодёр и завёрнутые в газету два бутерброда, и было ей так стыдно, будто её вели по всему посёлку с украденным! – Строение...

Начало рассказа Сумка оттягивала плечо так, что ремень резал сквозь пальто, и Юлия перекладывала её с плеча на плечо через каждую сотню шагов. Лежало в ней своё, домашнее: две тарелки с синим ободком, чайник – тот самый, что вернулся к ней в январе, – наволочка, кружка, клубок шерсти и носки, связанные ещё на позапрошлую зиму. В автобусе она поставила сумку в ноги, придержала коленями и всю дорогу глядела в оттаявшую дырочку на стекле, и губы у неё шевелились сами собой: она считала, сколько ещё придётся свозить...