Там, где шумит Древо Мира

Ярило в каплях — свет сквозь дождь, Сошёл с небес — не гость, а вождь. С росой он землю обнимает, И зреет хлеб, и всё взрастает. Он не юнец, что вешней страстью Зажёг леса, поля участью. Он — зрелый бог, в венке зелёном, С дождём и солнцем благословленным...

На звёздном небе Козерог, В звездах таинственно мерцает… Под ним созвездие Щуки, Род, Ртом Сурью Солнца выпивает… Что льёт с сосуда Водолей, Славянский Крышень, Род питая… Конь Кологрива, всех быстрей, Его к царевне поджидает… Как Лебедь, со Звездой в челе, Где Млечный Путь бежит неспешно, С Луной, сияющей в косе, Царевна друга ждёт здесь, встречно... Дельфин играет на волне, Энергией он жизни полон... Вольготно в звёздной глубине, Гармонии поёт он соло...

До времён и до пространства, когда не было ни Земли, ни Неба, ни дыхания жизни, расстилался необъятный Хаос-Удгард. Он был безликим и безгласным, не знал ни меры, ни границ, ни очертаний. Его дыхание было пустотой, он пил свою же сущность и рождал сам себя из тьмы. Вихри его были как вздохи Великой Пустоты — свистящие, хищные, закрученные в спирали, что поглощали миры один за другим. Вихри эти несли в себе разом всё и ничто, свёрнутую бесконечность, которая поглощала свет и затмевала тьму. Тело Хаоса стелилось по бездне, как густой, медленный дым, клубясь и переливаясь тенями небытия...