Утром была война

Глава 23. «Народный мститель» Седьмого ноября 1941 года Ленинград встретил двадцать четвёртую годовщину Октябрьской революции в глухом, закованном в ранний мороз молчании, ничем не напоминавшем прежние торжества мирного времени. Не было ни праздничного многолюдья на залитых огнями площадях, ни духовых оркестров, ни парадных колонн демонстрантов с алыми бархатными знамёнами и портретами вождей. Город лежал под тяжёлым, низко нависшим свинцовым небом, придавленный ледяным балтийским ветром, пробиравшим до самых костей...

Глава 22. Возвращение на службу Серый, вымороженный рассвет над набережной Робеспьера просачивался сквозь щели плотной бумажной светомаскировки так медленно и неохотно, словно самому времени было тяжело вступать в это новое блокадное утро...

Глава 21. Чужая игра Когда Александр Александрович вернулся на набережную Робеспьера, дневной воздушный налёт ещё не выдохся окончательно, хотя его яростный, смертоносный пик уже миновал. Над свинцовым,...

Глава 20. Первый шаг В полутёмной гостиной на набережной Робеспьера, затянутой сырым октябрьским холодом, решение не вспыхнуло внезапным озарением и не потребовало громких клятв, которые в осаждённом городе давно утратили всякую цену перед лицом ежедневного голода и грохота дальнобойных батарей...

Глава 19.19 год Октябрь 1919 года не просто ломал старый мир — он перемалывал его в серую, пахнущую гарью и мокрой шинельной шерстью пыль. Белая армия генерала Юденича пробила оборону красных и рвалась к Красному Селу и Пулковским высотам; над Петроградом повисла смертная тревога, а железные дороги превратились в артерии огромного, охваченного лихорадкой организма. По ним навстречу друг другу, захлёбываясь паром и сея панику, летели эшелоны: на передовую гнали полки петроградских рабочих, а в тыл,...

Глава 18. Красный Выборжец Отец не вернулся ни на следующее утро, ни в тягучие, наполненные тревожным ожиданием предрассветные часы, когда над свинцовой гладью Невы только начинал брезжить тусклый октябрьский рассвет...