Искра над Босфором.

След в темноте. Они шли вдоль побережья, держась в тени скал, где лунный свет не доставал. Вода слева мерно дышала приливом, справа поднимались крутые склоны, поросшие колючим кустарником. Где-то вдалеке выли шакалы, и этот звук смешивался с шумом волн, создавая тревожную, зыбкую мелодию ночи...

Чёрный галеон. Ночь опустилась на Кавалу, как чёрный бархат, расшитый золотыми звёздами. Порт затих. Рыбаки убрали лодки, торговцы заперли лавки, и даже собаки перестали лаять, учуяв запах чужаков. Только волны мерно бились о каменные причалы, да ветер шевелил флаги на мачтах кораблей...

Дорога на Кавалу . Рассвет застал их на горном серпантине, выходящем к морю. Солнце поднималось из-за Эгейских волн, окрашивая небо в цвет персика и меди. Дорога внизу, у подножия скал, вилась вдоль побережья, теряясь в утренней дымке...

Лицо у костра. Они залегли за большим валуном на краю ущелья. Внизу, в чашеобразной долине, горели костры — три штуки, сложенные в треугольник. Между ними двигались тени, слышались голоса, смех, лязг металла...

Каменный дождь. Тропа вилась по склону, как змея, потерявшая голову. София вцепилась в гриву мула, чувствуя, как животное дрожит под ней от напряжения. Камни осыпались под копытами, улетая в пропасть, где внизу, в густой тьме, шумела горная река...

Гора молчания. Афон встретил их запахом горелого кипариса и тишиной. Галера «Святой Марк» причалила к небольшой деревянной пристани, заросшей водорослями. Берег был пуст. Ни рыбачьих лодок, ни монахов, ни даже чаек...